A.I.M. Jagged Alliance2

Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, выберите:
Вход || Регистрация.
24.10.2019 в 02:10:38

Главная Главная Помощь Помощь Поиск Поиск Участники Участники Вход Вход Регистрация Регистрация
A.I.M. « Рассказы друзей »
   A.I.M.
   Генерал
   Наше творчество
(Модераторы: Strax5, Снайпер, cha)
   Рассказы друзей
« Предыдущая Тема | Следующая Тема »
  Тема:  Рассказы друзей             Страниц: 1 Прочитано 1973 раз
Sir-Dorosh
[Черный Археолог]
Прирожденный Джаец

Инженерные войска




Пол:
Репутация: +242
Рассказы друзей
« от 17.01.2011 в 08:44:46 »

Вот когда-то с друзьями собирались - вот помогал идеями и задумками ,а они писали ...
 
     
            Бойтесь Макваков...
           
            Сир Дорош .............
 
 
         
 
      ЧАСТЬ ПЕРВАЯ    
 
      НОЭЛ      
 
 
       Усни, твой сон тебя    разбудит.
       Проснись, и будь тогда, что будет.
                 
                 
 
          1.
   
 
  Я  уже давно ничему  не  удивляюсь  в этом подъезде. Что бы  это произошло, видимо,   надо очень постараться.  Если  в три часа  ночи ваша квартира начинает разваливаться,  то  не беспокойтесь.   Это  всего  лишь сосед с восьмого  этажа при помощи дрели решил  повесить  ещё  пару  картин.  Его любовь   к  искусству   вызывает   неподдельное   уважение.   Одному  богу  да самому  соседу  известно,   сколько  у него  теперь   этих   картин.   Но,  судя  по  многолетним,  ночным  озарениям,  к которым  к  счастью  все  уже  привыкли,  этих картин  у  него навалом.    И  я  не  без   интереса   жду,  не дождусь, когда же он  успокоится.  Во  всём  же  остальном,   включая   лай    многочисленных   собак,   пьяные   дебоши,  громкую   музыку  и звон  битых  стёкол,  этот  подъезд,  как и все остальные, вполне нормальный.    
   Всё это относится  к  самым  обыкновенным  будням.   Но,   стоит  грянуть праздникам,  и наш дом начинает напоминать     Вавилон во время   Валтасарового  пира.  Из открытых окон льётся  музыка.   Оттуда же рекой льётся вино.   Все соседи  перекочёвывают  на  лестничную  площадку  и  во всеобщем хаосе  открытых,   квартирных  дверей   встречают  рассвет. Причём неизвестно какой по счёту.  Некоторое время спустя  всё  возвращается  в  прежнюю  колею.  Не погрешу  против истины,   если скажу,    что  сам  иногда участвовал во всём этом.  
  И вот в один  прекрасный  день к  нам в подъезд  вселился  новый  сосед  со своим десятилетним сыном.  До них в этой квартире     жили    довольно    милые    люди,    не   вполне  соответствующие     характеру    нашего   бурлящего   дома.  И только  слепец не заметил бы радости на   их лице,  когда они  покидали  своё  бывшее  жилище.    Джонни Харначек – мужчина лет пятидесяти.    Гигант,  в полном  смысле  этого  слова. Косая сажень в плечах, два метра в высоту, мощные,    атлетические руки, заканчивающиеся пудовыми    кулаками. Он  вселился   месяц   назад,   но  мне  так   и  не   удалось рассмотреть   его   лицо,    скрытое   за  длинными,  седыми волосами,     спадающими    чуть   ли   не   до   пояса.    Его фланелевая, в большую клетку,  рубаха,   часто появлялась в подъезде. Но, лишь с утра и лишь для того,  что бы тут же исчезнуть в кабине  старого,  фургона  и  появиться   только  к вечеру.  
  Покуривая   у   себя   на   кухне  и  колдуя  над  не  хитрым  ужином,  я  мог  сверять  часы,  по глухому  урчанию движка   фургона  Харначиков,  подкатывающему  к подъезду.  Ровно в девять он был тут как тут, и рубаха с длинными рукавами,  вместе с сыном,  выползала  из просевшей  кабины,  что бы вновь   исчезнуть за дверями своей новой   квартиры.   Куда и зачем  уезжал по утрам   длинноволосый Джонни со своим сыном  было  загадкой  для  всех.  И  я  не  удивлюсь,  если узнаю,  что  не  я один  стоял по вечерам  у окна  и пытался  разгадать,  что  же  было в  тех   больших,  кожаных  сумках у него в руках, когда он возвращался откуда-то.  Его малыш Энди, всегда следовал за ним.  Его то знали все.  Если отца можно было  увидеть  только в движении от дома к  фургону  и обратно,  то Энди  всегда можно было встретить во дворе после  девяти  вечера.   Видно  отец  не чинил  в  этом  ему  препятствий,  предоставляя  сына по вечерам самому  себе,   чему  последний  был  весьма  рад.  Засиживаясь допоздна, я   часто   курил  у  окна,    наблюдая,    как  в  наступающих  сумерках    Харначек     младший,     копаясь   в  песочнице, воздвигал замысловатые, подвластные лишь неповторимой, детской фантазии, волшебные замки. Но каждое утро, ставя  чайник   и   всунув  в  рот   сигарету,   я,   взглянув  в  окно,  наблюдал    лишь  многочисленные  горки песка  –  всё,  что осталось  от  вечерних  мечтаний   маленького  Энди.  То ли  он сам  разрушал  свои  шедевры,  то ли  кто-то  ему в этом  помогал,   этого я не знал.   Не  раз я собирался  просидеть  всю ночь у окна, что бы, наконец, выяснить, что же всё-таки  происходит по ночам в песочнице. Но, бесполезно.  Никогда я  не  выдерживал  всей  ночи на пролёт.  Утром  опять  всё повторялось:  разрушенные  замки из песка, и разрушенные мечты  увидеть  лицо  нового    соседа.   Дверь  в  подъезде хлопала и, скрывшись в фургоне,  оба  Харначека  исчезали  на целый день.   Затем  ход  моих  мыслей  обрывался.  Это  сосед сверху решил повесить ещё одну картину и его дрель, как  всегда,   была  вместе  с ним.   А  далее  по накатанной программе.  Пробуждались   соседи  за стенкой,  после чего  дрель отходила на второй план. Ибо ни один  строительный   инструмент не заглушит звук  барабана, отбивающего мотив современной  музыки.   Мне  было  совершенно   наплевать, я привык,  но вот  новичкам…  может Харначики и съезжали   каждый   день,  что  бы   где-нибудь   в  тишине   отдохнуть.    Не  знаю.    Может  так  и есть.  Когда-нибудь я это выясню.   А пока  за работу.  Я  не  инвалид  и  не  пенсионер. А  если и сижу  дома целыми  днями  напролёт,  то только для того,  что бы  в  каждый  прекрасный  вторник  и четверг  в  нашей   малотиражной   газетёнке  тиснули  мою  статейку  о  нашем разнообразном,   изменчивом    мире.    На   жизнь  с  горем пополам хватало.   В облаках  не   витал и вполне смирился со своим земным  существованием.  Вовсе  не значит,  что я не покидал свою квартиру. Довольно  часто я выныривал на свежий  воздух, в поисках чего-то нового, чего-то забавного для чистого листа бумаги. Наш городок не большой, но и не совсем маленький.  На каждой приличной карте он отмечен, как и многие тысячи  других, таких же.  Бродя по переулкам,  паркам,   не  редко   заглядывая   и  в   ближайший    лес,  я вытаскивал   из   своей     памяти     всевозможные    слова, складывал  их  в предложения,  переворачивал и так и этак, примеряя каждый раз своё месиво  ко всему  окружающему.  Много   раз   возвращался  я  ни  с  чем,    и  тогда  бутылка  хорошего   виски,   сигареты  и  старый,   скрипящий  диван, вскрывали моё вдохновение и я, подобно маленькому Энди,  воздвигающему свои песочные замки,  наворачивал в своём   воображении   горы   великолепных   пейзажей,     городских архитектур,    перемешивал   всё   это  с  нашими  добрыми,  отзывчивыми    горожанами, отличным     транспортом  и  справедливым   государством.   После   чего   облекал   это в форму рассказа и,   перечитывая,  каждый  раз  удивлялся  и поражался, насколько необъятна человеческая  фантазия,    когда   её  используют как прикрытие всяких нежелательных фактов.    И  весьма   гордился   собой,    когда   довольный редактор хлопал меня по плечу и говорил:
-  Молодец  Ноэл! (Это я)   Так  держать!     Не знаю,  где ты   черпаешь   вдохновенье…
  При  этих словах я всегда краснел.  Знал  бы  шеф  о моей  коллекции    виски   и  имей   к  ней   доступ,    вдохновение   появилось бы и у него.
-  …но хотел бы и я побывать в тех чудесных местах нашего города,     о    которых   ты    здесь     расписываешь.     Эти «волшебные» парки, с их  «неповторимой, величественной»     природой   и  «зеркально чистым»    воздухом,    заставляют биться   даже   мое,    заржавевшее,   старческое  сердце, – продолжал он.
   И каждый раз, выслушивая подобную чепуху и напутствия,  я  краснел,  и  готов  был  сгореть  от  стыда.  Но всё же это  лучше  чем  умереть с голоду на своём скрипящем   диване.    Возвращаясь   домой,   почти   всегда   пешком  и,   проходя    через    добрую  половину нашего города, так   великолепно расписанного мною, я прятал  глаза и старался не смотреть вокруг,     ощущая    на   себе    укоряющие     взгляды    тех  «величественных» деревьев,   теснящихся в парке,  больше похожем на переездной базар или военный лагерь и вдыхая тот    «зеркально чистый  воздух»   из  труб   проносящихся,  грязных   автобусов.    В   подъезд  я  почти   врывался  и  в считанные  секунды  взбирался  к себе  на  этаж и,  хлопнув   дверью,  подбегал к шкафчику, где стояло моё вдохновенье. И  уже спустя несколько минут,  лёжа  на  диване,  краснота  с  моего  лица исчезала и стыд отступал.  Я находил тысячи оправданий    самому    себе. И   все   они   были    одно   убедительнее   другого.    Наконец,   спустя   час   другой, я перекочёвывал на кухню к  окну,  с  сигаретой  в одной руке и   кружкой    кофе   в   другой.  Редакция постепенно   выветривалась   из   моей   головы,    туда  же  растворялся город,   и  я снова  начинал  жить  своим  подъездом.  С его дрелями, барабанами и странными Харначиками.     ???    
 
 

Вот прицепился!       999.jpeg
Зарегистрирован

Нет в мире силы, сильнее силы тока.
Sir-Dorosh
[Черный Археолог]
Прирожденный Джаец

Инженерные войска




Пол:
Репутация: +242
Re: Рассказы друзей
« Ответ #1 от 18.01.2011 в 01:17:52 »

 
             2.
 
 
 
   Я  проснулся  и  взглянул  на  часы - 11.00.   Утро  лезло в  окно,   и  как  я  ни  старался  убрать  этот  свет,  ничего не получалось.  Накрылся с головой, но под одеялом было  слишком  жарко,  и  я  в  который   раз  подумал  о покупке жалюзи.    На  том   все   мои   побуждения    закончились.   Я  прислушался.   Что-то не так.   Не сразу  разобравшись,  что  к  чему,    выполз на кухню.  Прислушался,  и  ещё  не много постояв,  упёрся  лбом  в окно,  пытаясь разглядеть,  что творится в песочнице.
"Харначики уже как пить дать свалили" - думал я, разглядывая песочный    замок. Который   не   был    разрушен!    От неожиданности  у  меня     выпала     сигарета,    так  и  не подкуренная. Я взял новую и вернулся в комнату.  Ещё раз посмотрел  на  часы  11.04.   Когда  на  часах стало  11.10.  я очнулся  и  снова  побрёл к окну.   Замок  был  на  месте и никуда не исчез.  
- Ноэл не беспокойся, – сказал я сам себе. – Это ещё не конец света.    
  Но  тут  мой  взгляд  упал  на  синий   фургон,   стоявший  на  своём  обычном месте.    "Значит Харначики дома".    Мне  захотелось  взглянуть  на  часы  ещё  разок,   но тут в мою  дверь позвонили.   Это было так неожиданно, что я присел на стул и стал  ждать,   рассчитывая  на  то,  что  мне  это показалось.    Ко  мне   в  гости  заходили  так   редко,  что я  совсем  забыл  не только  как  звучит  мой  звонок,  но и как  звучит  обыкновенный  стук  в  дверь.   Поэтому,  сидя наверное  уже  минут  пять,   я   успокоился,  но  тут  меня   заставил подскочить повторный звонок в дверь.  Я остался сидеть,  в расчёте,  что  незваный   гость  скоро  удалится.  Ведь  не  знает  же  он,   дома  я  или  нет.  Сигарета так и торчала во  рту  не  подкуренной.   Чайник  вот-вот должен  был  закипеть.   На  столе стояла  кружка с кофе  и  ждала  своего   часа.   Тишину   вновь   нарушил   этот  проклятый     звонок. "Сегодня  же  вырву  и  выкину  к  чёртовой   матери", - поклялся я сам себе.   Мою  квартиру  накрыла зловещая тишина. Меня и моего гостя разделяла дверь,  но я почему то подумал,  что если уж тому  за  дверью  вздумается,  то выломать  её  будет  проще  пареной  репы.  И  уж если он  это сделает, то пройдя на кухню и увидев там трясущегося от  страха  хозяина   квартиры,   несомненно  его  прибьёт.   Что ему?    Раз  плюнуть,    если   он   так    бесцеремонно трезвонит  в  мою  квартиру,  не считаясь  ни с чем.   Я  от всей души   пожелал,   что  бы  эту тишину  разорвал   рёв   дрели  сверху,    или  оглушающий  барабанный   ритм   за стенкой,   ставшие   мне   внезапно   такими   родными. Но видно всем было наплевать на меня.   Я заметил, что руки мои начало   слегка  трясти,  и я сцепил их в замок. То что я присел  на  стул,  показалось  мне не плохим  решением,   ибо если  бы я продолжал стоять, то несомненно свалился бы прямо  здесь  на  кухне.   Звонок  разорвал тишину ещё    раз.  Вместе с ним раздался противный свист чайника, из-вещавшего,  что он готов.   Это был самый  громкий  свист в моей жизни и я, будто от этого зависела  вся  моя  даль-нейшая  жизнь,  рванулся  к  чайнику. Выключив конфорку, я прислушался.   Я был почти уверен,  что  этот  свист был слышен,  если и не по всей  улице,   то  уж точно по всему  подъезду.  И уж точно тот за дверью его слышал.  В  дверь  настойчиво  и  сильно   постучали  и  снова    позвонили. Я ждал.    "Сейчас  начнут  дёргать  ручку".     Но этого не слу-чилось.   Вместо  этого тот,   за дверью,   нажал  на кнопку и уже больше  не отпускал.  На  согнувшихся  ногах  я стал подбираться  к  двери,  жалея  о несуществующем  глазке.   Моё   воображение   рисовало  мне  моего  нового  соседа,   всего  в крови  и  с  топором  в  руках. Преодолевая страх,  я начал открывать  замки  и  оставив  цепочку,   (как будто она смогла бы мне в случае чего помочь)приоткрыл дверь,  ожидая   каждую  секунду,  что  в  образовавшуюся щель с грохотом  обрушится  окровавленный топор,  который  уже   успокоил   соседа  с  дрелью  сверху,  а  может  быть и со-седей за стенкой.  Но причём здесь я.   В последнее время шума за мной не  наблюдалось и  вообще  я  относительно   спокойный  малый,  любящий свою жизнь и работу…
  Мои мысли прервали.  
- Мистер  Ноэл.   Это  Энди.    Энди Харнчек, из соседней квартиры.  –   Раздалось  из-за  двери.  Всё ещё ожидая удара, я не мог прийти в себя.
- Мистер Ноэл. Откройте, пожалуйста. Мне страшно.  
   Меня  давным-давно  не  называли  так -  "Мистер Ноэл".  И   хотя  страх  уже  отступал  и руки  перестали трястись, я медлил.  Но всё же рука  потянулась  к  цепочке  и сняла её.  Открыв настежь двери,  я уставился на мальчика. Где-то в дальних закоулках моего  сознания я всё ещё ожидал,  что  сейчас на меня из-за стенки набросится его огромный  отец, и что сынок всего лишь приманка,  хитроумный  трюк  зловещего  папаши. Но всё было  спокойно. Прямо  передо  мной   стоял   невинный,  напуганный ребёнок.  В руках  он держал игрушечную лопатку и ведёрко. Он был весь в песке.  
- Что случилось? – спросил я его.
- Пойдёмте со мной, я вам покажу.
- Что покажешь?
- Подвал.  
 Моё сердце угрожающе ёкнуло. Но я взял себя в руки.
- Подвал?
- Да. Я боюсь снова идти туда.
- Но, господи боже ты мой!  Зачем тебе идти туда?! – Я был поражён.  
 "Зачем  ребёнку  ходить  в  подвал  и тем  более, снова?!"  В мой мозг  опять  закрадывалась  мысль о хитроумной  ловушке его отца. Но я тут же отбросил её в сторону.
- Где твой отец?    Он  что,   разрешает  тебе   лазить  по подвалам? – задав этот вопрос,  я  сам  удивился своей глупости.  
  "Если уж отец разрешает ему  гулять после девяти вечера до… не известно до сколька, то  почему  бы  ему  не   разрешить   сыну  лазить по подвалам".   Ответив  сам  себе,   я  всё  же  ждал ответа от Энди.
- Отец дома и он  не  разрешает  лазить по подвалам. Но он  сейчас  занят ("Интересно чем?", - подумал я)  приго-товлением к празднику и я,  что бы  ему  помочь, решил сам сходить в подвал за компотом,  а там…  -  и он чуть было  не  расплакался.   -  … Я   не  маленький  и  я  не  боюсь,  но  я  должен помочь отцу,  а там…
- Что там? – спросил я с нескрываемым интересом.  
  Ясно  одно.    Мальчуган  чего-то  испугался  –  все  мы в детстве  такие  -  но не хотел,   что бы отец об этом узнал.   Видно отец Энди ничего не боялся,  и сын хотел  походить  во всём на него,  а тут   что-то-там  в подвале.  Накидывая куртку и забыв,   что я ещё сам с  минуту  назад  трясся от страха  из-за  простого  звонка,  я  собирался   захлопнуть дверь и выйти, когда Энди сказал мне что там:  
- Наш замок сломан и в подвале кто-то есть.  
  Я остановился.  
    Это меняло дело.  В мои планы  совершенно не входила встреча с ворами.  Моё  геройство  покинуло  меня  так же  быстро    как   пришло.     "Лучше   бы  он  обратился  к  своему громадному папаше…".  Но он пришёл ко мне.  Я уже сам хо-тел обратиться к его  отцу, но, увидев каким восхищённым  взглядом  смотрит  на меня пацанёнок, я замялся.  "Может вызвать полицию?",   я  взглянул  на  Энди.   Тот  терпеливо  ждал. "Сделаю вид, что забыл что-то, а сам незаметно позвоню.    Дождусь  их  приезда  и  перед  самым их приездом войду в подвал".   Но  тут  Энди  внезапно  дёрнул  меня  за рукав  и потянул к лестнице.    Пытаясь  ему  что-то  объяснить,  я с ужасом   услышал, как захлопнулась моя дверь, преградив мне доступ к телефону.  Ключи  остались  в квартире.  Между  тем мальчик стянул меня на несколько этажей вниз.  
- Идёмте мистер Ноэл.  
- Да-да. Идём Энди. – Словно приговорённый я спускался по лестнице.
  Оказавшись на улице, я посмотрел на замок в песочнице.  Он был разрушен. "Плохой знак", пронеслось у меня в голове, и я повернулся к открытой двери в подвал.  Как  всегда  в  таких   случаях,     вокруг  не  было  ни  души.  Только  я  и маленький  мальчик. Я пытался зацепиться за малейшую  надежду  и  оглянулся,  выискивая   хоть  кого-нибудь.  Но,  увы, улица была пуста. "Одиннадцать   утра.   Неужели у воров хватило наглости промышлять в такое время.   Если это так, то у  них  хватит  наглости  расправиться и со мной".  Я уже мысленно представил, как во всех газетёнках будет  светиться  моё фото,  а  снизу     большими  буквами  припи-сано:
  «ГЕРОЙ - ОДИНОЧКА  ПОГИБАЕТ ОТ РУК  ГРАБИТЕЛЕЙ,   СПАСАЯ   МАЛЫША!!!»
меня перетрясло. Может там и нет никаких воров. Я вошёл в подвал.  Энди  остался  снаружи, ожидая, чем всё закон-чится.  Словно  во сне  я спустился  по ступенькам  и  стал  передвигаться  по направлению к своему подвалу,  так как   наши   подвалы,    как  и  наши    квартиры,   к   несчастью, находились  по  соседству.   Сверху  что-то  промелькнуло и зашуршало.     "Крысы.  Только  вас  сейчас мне и не хватало".    Я сделал ещё пару шагов, и мой взгляд упал на утыканную гвоздями палку под ногами.   "Весьма кстати".   Вооружив-шись  и  немного  осмелев, я снова  двинулся  к   подвалу.   Ещё издали я увидел открытую дверь Харначиков.  Ничего  не нарушало окружающей могильной тишины, и я с ужасом   подумал, что воры услышали мои шаги,  и теперь  притаи-лись и  ждут.  Я  остановился,   не  в  силах   сделать  шаг вперёд.  Собираясь развернуться и броситься  назад,  я  в  ужасе  заорал.  Прямо  передо  мной стоял Энди.   Словно  из-под  земли  вырос.   (Видимо он всё же пошёл за  мной)  Я   в   панике   обернулся   к   открытой    двери    подвала  Харначиков,  будь они прокляты.  Уж  теперь то воры  явно  бросятся на меня и зарежут. Мой крик наверняка слышали.  "Может    быть    даже   в   подъезде",   с  гаснущей   надеждой подумал я и уже, было, собрался снова заорать,  но в под-вале   было   по-прежнему  тихо.    К   моему  ужасу   Энди  подтолкнул  меня  вперёд,  и  мне пришлось  приблизиться  к  открытой  двери  ещё  на пару  шагов.  Я  с  ненавистью   посмотрел на пацана, и с великой грустью подумал о своей квартире,   о  чайнике,   пустой   кружке  для кофе  и не  прикуренной сигарете. "И зачем я  ему  дверь открыл?".   Если  там  и  были  воры,  то  теперь  они конечно  знают о моём  присутствии  и  точно   притаились.  Я  ещё раз посмотрел на   Энди  и  кивком   головы  дал  ему  понять,   что бы он убирался  из подвала  и  ждал  на  улице.  Таким  образом,  я рассчитывал  спастись.  В моей голове созрел план.  Как только мальчишка уйдёт, я  последую  за ним, и, как будто  всё проверил, поднимусь  к  его папаше и вызову полицию. План был хорош.   Но Энди не собирался уходить.  Вместо  этого, он снова, к моему ужасу,  подтолкнул  меня к двери.   В  мою голову опять вернулась мысль о   Харначике стар-шем,  поджидавшем  меня  в  своём   подвале  с  кровавым  топором  в  руках.   До двери оставалось  всего  несколько  шагов,  и  я  представил,   как  злорадно  ухмыляется  этот   бездушный  гигант,  предвкушая,  что сейчас развалит мне  череп.  И тут  я  сделал  то,  чего  сам  от себя не ожидал.   С  истошным   криком и размахивая во  все стороны  своей  палкой,  я  ворвался в небольшой подвал,  и стал  крушить всё,   что  попадалось  мне  под  руку.   В каждом углу мне мерещились  убийцы  и  маньяки.   Развалив  пол  подвала   и   оглядевшись,  я  понял, что кроме меня в этой коробке,  заваленной  бесконечными  маринадами,   лыжами и вело-сипедами, нет ни одной  живой души. Опустившись на пол, я посмотрел на появившегося в проёме Энди.  
- Вы их убили?  –    не   без   удовольствия   спросил  он,   заглядывая   внутрь и осматривая разрушения.
- Убил  Энди.   Конечно убил.    Всех до одного.  А теперь  твой  папа  убьёт меня,  –  вымолвил я.  
  Теперь  я  понял,  что   каждый   вечер   тягал   Харначек старший в своих сумках.  Вся  эта  квашеная  капуста,  все эти  маринованные  помидоры  и огурцы,  грибы,  компоты, ещё  чёрт  знает  что  –  всё  это  было  разбито,  смешано в одну стекло-овощную массу, которая теперь валялась на полу,  стекала  со стен,  потолка  и  при  этом  невыносимо   пахла. Я встряхнул с волос размятый помидор и произнёс:
- Лучше бы здесь были воры.
- Но  замок  то  сломан.  –   Энди указал  на   валявшийся    развороченный  механизм.
  Я  в задумчивости  взял  в  руки  замок  и  стал  его  рас-сматривать.   Тут Энди поднял ещё что-то и протянул мне.  Новенький,   блестящий  лом  лишний  раз  доказывал, что дело не чисто.  
- Видно этих негодяев что-то спугнуло, и они смылись  до моего прихода.  
- Видно это так, – согласился со мной Энди.
- Ничего.  Полиция  разберётся,  что к чему.  А теперь(со страхом подумал я) надо  звать  твоего отца. Ты позови  его,  а  я  пока   вызову   полицию.  
   Я рассчитывал  укрыться  от Харначека  старшего у себя  дома  до  приезда   полиции.   Иначе…  Моё   воображение рисовало мне  мощные волосатые руки, торчащие из рука-вов   рубахи  в   большую   клетку   и  разрывающие   меня пополам.  Я уже  слышал  его  громовой  глас.  «УМРИ  ЖЕ  НЕГОДЯЙ!   ТЫ  ПОГУБИЛ ТРУД ВСЕЙ МОЕЙ ЖИЗНИ!!!»  -  орал  он мне прямо  в  лицо,   держа  одной  рукой за шею, а второй нащупывая около  себя  кровавый,  необходимый  ему топор.  
  Я снова  осмотрел причинённые мною разрушения. Да, за такое, убил бы даже я.  Я  обречёно  встал  и решил выйти из подвала, но меня остановил странный звук.  Как будто с чего-то сполз накинутый брезент.  Энди  уже был на верху,  и я обернулся к вскрытому подвалу.  Подвал  был  устроен довольно  просто,  надёжно и практично.   Вдоль  всех  его  стен,   от  потолка  к  полу,   тянулись   бесконечные  ряды  овощных банок и бутылок, большинство из которых теперь  было  разбито и валялось где  попало.  К одной  из  стенок   был прислонен велосипед, к потолку  крепились несколько пар лыж,  небольшой верстак по середине,  да картофель-ный   отсек,    наполовину  пустой.   Вот и всё.   С  потолка свисала  обыкновенная  лампочка  без   плафона,   озаряя  собой  всё  подвальное помещение. Вдоль одной из стенок  тянулись водопроводные трубы и,  пронзая  подвал вдоль, скрывались в соседнем подвале. Отверстие, через которое   уходили   трубы,  было довольно   приличное, и  в  него по  трубам   мог  вполне пролезть… нет, не человек и даже не ребёнок,  но,  допустим,  кот вполне смог бы.  Но шорох то был,   и  я  подозрительно  уставился  в тёмное отверстие.   "Так  вот  что услышал  Энди.  Коты?    Крысы?"  Я усмехнулся.   "А  воры   вполне    могли проникнуть и ночью, после чего спокойно уйти, не найдя ничего стоящего. А  я как самый настоящий   трус,   испугался мышей, возведя их в своём воображении до кровожадных воров". Наблюдая за отверстием и ожидая,  что оттуда вот-вот  появится  крыса или кот,   я  боковым  зрением справа от себя, уловил  слабое  движение.    Переведя  взгляд  на  брезент  в одном  из углов,  накинутый  сверху  на полки  я увидел,  что  он наполовину  съехал, обнажив целёхонькие ряды  трёхлитровых   банок  с огурцами.  Но,  тут  брезент свалился   полностью,   и прямо  на  меня  уставились  два огромных, вылупившихся глаза. В обыкновенной  трёхлитровой  банке  для маринадов лежала человеческая голова.  Самая настоящая. С волосами,  носом,  ртом и ушами.  Её два глаза,   казалось,  смотрели мне прямо в душу, наполняя  её  ледяным ужасом.   Я  облокотился  о  стенку  не  в  силах  оторвать  взгляда от банки.   Голова занимала весь объём  сосуда и  была  им  сжата,  так как  нос и уши были  с  силой придавлены стеклом  к лицу.  Кто и как, всунул её  в банку!? Над этим, как и ни над чем другим я не раздумывал.   Просто  смотрел  и всё.  Не  понимая,  где нахожусь, я всё же  выбрался  на  улицу  и присел  на  лавку.  Вокруг по-прежнему  не  было  ни  души.    Высоко  в небе,  среди  застывших облаков светило солнце.  И тут я услышал,  как за моей спиной   хлопнула   дверь  подъезда. Я оглянулся.   Прямо   передо   мной, возвышаясь  как  скала  и заслоняя  солнце, стоял Джонни Харначек. В его мощных, волосатых ручищах поблёскивал окровавленный топор.

Вот прицепился!       991.jpg
Зарегистрирован

Нет в мире силы, сильнее силы тока.
MAn
[Человечище!!!]







Пол:
Репутация: +403
Re: Рассказы друзей
« Ответ #2 от 18.01.2011 в 02:31:41 »

Так вы решили стать писателем, гражданин-товарищ Дорош?  Похвально, похвально... очень понимаю ваш благородный порыв, одобряю, как говорится, от и до...  
Да, читал... читаю ваши "Рассказы про друзей" - интересно, интересно... как пелена с глаз упала...  и такое просветление в уме от ваших творений - мне знакомый офицер-гэбист дал почитать - что хочу ещё и ещё упиться ими... и новыми, новыми рассказами, симпатичнейший Алексей... гм, не знаю вашего отчества... но, спрошу, спрошу обязательно - офицер-то,  наверное, знает... а ценит-то  вас как... очень ценит, почти как я, но слабее, слабее... я-то, я-то... эх, пишите, пишите еще, умоляю...   :)
Зарегистрирован

Sir-Dorosh
[Черный Археолог]
Прирожденный Джаец

Инженерные войска




Пол:
Репутация: +242
Re: Рассказы друзей
« Ответ #3 от 18.01.2011 в 04:25:18 »

2MAn:  
   : gigi :  Рассказы друзей - принимал кой-какое участие в разработках - идеи подкидывал : idea :
  18.01.2011 в 02:31:41, MAn писал(a):
офицер-гэбист

  А это ,тот СБУШНИК из Киева ,который по пьяне в фонтане на Крещатике - чуть не утонул ?  
 
 
 
 
 
 
                                                      3.
 
 
 
-      Глупо    с   вашей    стороны    отправляться   к  ворам  в одиночку.  Эти  ненасытные  твари ничем не побрезгуют.    Даже  вашей жизнью.  –   Громоподобный голос   Джонни Харначека вывел меня  из  оцепенения и вернул к жизни.
  Глядя на меня с высоты своих двух метров, он продолжил:
-      Будьте   здесь.   Я  скоро   вернусь.   -  Всё  ещё  ожидая   удара,   я  в  страхе  смотрел  на  него.  –  Приглядите за Энди, – бросил он и тут только я заметил его маленького  сына,   стоявшего у него  за  спиной.  
   Я  хотел что-то   промямлить,   но   огромная,  в большую   клетку  рубаха  исчезла в подвальном проёме, а я обречёно стал ждать.  
-      Мистер  Ноэл  я  не  говорил  папе,  что это  вы  там  всё разгромили. Пусть думает,  что это воры.
-      Спасибо Энди, – сказал я, что б хоть что-нибудь сказать.  
   Кошмарная  голова в банке всё ещё стояла у меня  перед  глазами.  "Рядом с  ней  скоро  будет стоять  и   моя. Надо срочно вызывать полицию.   Боже мой!    Надо  бежать!"    Я  рванулся  в  подъезд и уже подбегая к своей двери вспомнил, что ключи в квартире, а дверь захлопнута.  Пути  назад не было.  Там, внизу,   маньяк со своим  топором.   "Только соседи!   Чердак!" Я  представил  себе, что будет,   если  Харначек  настигнет меня  на  чердаке.    "Значит,    только  соседи!"    Взбежав  со  скоростью   света   на   верхний    этаж,    я  что  есть  мочи забарабанил в первую  попавшуюся  дверь.   Где-то  далеко  внизу   хлопнула  подъездная  дверь и мне  показалось, что я слышу  голос  Харначека старшего.  Я со всей дури начал стучать во все двери подряд.  Потеряв  всякую  надежду  на спасение и проклиная всех своих соседей, которые почему-то именно в этот  день  решили  замолчать и куда-то исчезнуть,  я внезапно провалился в чью-то квартиру.  
-      Телефон!  Скорее!  
-      Тише-тише. Что случилось? Пожар?  
-      Какой  пожар!?   Дайте  мне  трубку.   –    И   выхватывая  из рук  очумевшего соседа, трубку, я стал в панике давить на кнопки.  
-      Алло!   Это полиция?!   В   моём  доме,  то  есть  в  моём  подвале…я хотел сказать  не в моём, а в подвале  моего  соседа произошло ограбление, то есть кража…  О! Ужас!   Там голова в банке!   Понимаете!    Настоящая   голова… Человеческая!
-      Что!?   Да-да, кража!    Какая  к чёрту  кража…  Поймите, там голова!   И она в банке, трёхлитровой!
  Я   взглянул  на  соседа,  который  после  моих  слов  стал белее белого, а от  моего  взгляда  и  вовсе потух.  Он стал  пятиться назад,  нащупывая дрожащими руками вокруг себя  хоть  что-нибудь  что  могло бы  ему  помочь в защите  от… И тут я сообразил, что он собирается защищаться от  меня. Я бросился к нему,  что бы  всё  объяснить,  но тут в трубке спросили адрес, и мне пришлось ответить.  Я услышал,  как за моей спиной хлопнула дверь (это сосед выбежал в подъ-езд)   "Ну,  туда  тебе  и дорога  придурок",  заранее похоронив несчастного,  подумал я и прокричал в трубку свой адрес:
-      Пристона  10 – 67.    Что!?    Ноэл  Гордон!    Прошу  вас, скорее!
-      Ждите.  Машина уже  выехала, – ответили на том   конце   провода  и положили  трубку.
   Я  присел на какую-то  тумбочку  в  коридоре и попытался  придти в себя.  Прокручивая  последние  события  в голове,  я не заметил,  как входная дверь отворилась,  и  в её проём ввалилась огромная фигура, с длинными, седыми волосами и мощными руками.  Я  обречёно  посмотрел  на  Харначека старшего. Топора в его ручищах не было,  но это  ничего не значило.   Такими  руками  он  мог  отрывать  головы  и  без топора.   Наконец-то  я  смог  разглядеть  его  лицо.  Тогда, внизу у подъезда,   его скрывали  спадающие  волосы,  и он слишком быстро исчез в подвале.  Сейчас  же  он  спокойно стоял в коридоре прямо передо мной, и я почувствовал, как в меня влили  сто тонн  свинца, и тумбочка под моим весом              стала  проседать.  Не в силах  что-нибудь  сделать,  я  стал смотреть  на  Джонни Харначека и ждать.  Но  гигант  стоял и не шевелился. Ожидая увидеть лицо монстра,  я  ошибся.  У  него  было  самое   обыкновенное,    человеческое   лицо и  у  меня  зародилась  надежда  на  спасение.   Тем  более топора не было. Казалось, прошла целая вечность,  прежде  чем  между  дверным   косяком  и огромным  телом  Джонни  протиснулся хозяин этой квартиры. Они оба стояли и смот-рели на меня. Сосед первым нарушил молчание:
-      Ну, вот. Что я говорил? Он же сумасшедший,–обращаясь к  Харначеку  старшему,   он  кивнул  в  мою   сторону.  –  Вызвал  полицию.   Для  себя  же.
-      Полицию? –  Джонни Харначек  как-то странно посмотрел  на меня.  –   Это хорошо.   Но он вовсе не сумасшедший.  Меня   обокрали   и   разгромили  весь  подвал.   Так  что полиция будет весьма кстати.
-      Хорошо,  – не  унимался  сосед. –  А  голова  в  банке?  
  Он  посмотрел на меня.  При этих его словах  мое  сердце готово  было  выскочить,   а  вслед  за  ним  и  я,  в  первое попавшееся окно.
-      Какая голова?  – искренне, как мне показалось, удивился   Харначек, сделав шаг ко мне.  После чего я ещё сильнее вжался в стены коридора.
-      Настоящая, человеческая голова, в какой-то банке.  Я же  говорю,  он -  сумасшедший. -   Чувствуя за своей спиной гиганта-Харначека,  сосед  уже  более уверенно продол-жил. –   По  телефону   он   сказал,    что   видел   у   вас  в подвале человеческую  голову   в  трёхлитровой банке.  
-      Нет  у   меня   в   подвале   никаких   голов.   Тем   более человеческих.  Видно от страха перед ворами ему что-то  предвиделось.  –   И, уже обращаясь  ко мне,  добавил. –  Кто  вас  просил  геройствовать  из-за   чужого  подвала? Сидели бы  себе  дома – ничего  бы  не произошло.
   Ещё  через  минуту  я  понял,   что  никто  меня  здесь  не собирается душить и резать.   Страх  стал  разжимать  свои тиски.    "Но я то знаю, что я видел"
-      Да,  видимо  я  был  напуган.  –   Как   можно   спокойнее  произнёс я. – Тем более,   вчера   немного   перебрал.  – Я  искал  любой  шанс  к  спасению и видимо нашёл его.
-      Вот-вот!  –  поддержал   меня    гигант   и,   сделав   ещё  несколько  шагов  ко  мне,  присел   рядом   со   мной  на  тумбочку,  которая  после этого угрожающе затрещала. –  Немного   перебрал!    С кем не бывает.    Тут  и не такое    предвидится, когда нажрёшься!  –   сказав это, он громко заржал, после чего тумбочка, в конце концов, рухнула на пол, а вместе с ней и я с Харначиком.  
    Сосед  в  недоумении   уставился   на  нас,   валяющихся  в его коридоре. Я попытался привстать, но тут гигант с бы-стротой   молнии  вскочил,  и я глазом  не  успел  моргнуть,   как он  оказался на ногах.   После  чего  он  взял  меня  под мышки и поднял  словно пушинку.
-      Как бы там ни было,  я ваш  должник.  Ведь  вы,  жертвуя  собой,  первым стали  на   защиту  моего подвала,  пусть  даже  там никого и не было. Вы рискнули. – И обращаясь к   соседу,   он    уверенно   добавил.  –   За   мебель  не  волнуйтесь.  Я заплачу  вдвойне.
-      Но  полиция!   Она  с  минуты  на  минуту  будет здесь. – Сосед всё ещё не понимал что происходит. Ещё недавно  он  явно  представлял,    как   меня   будут   выносить  из подъезда  в  носилках,    или  выводить  в  смирительной рубашке.  А тут такое.
-      С  полицией  я  разберусь.    Это  всё  же  мой  подвал. –  Небрежно бросил гигант   соседу,   а   мне  сказал.  -  Не  берите  в  голову.   Идите   домой, отдохните.   Выпейте.   –  Тут он снова заржал,  и стены  коридора  задрожали. –  Но  не   переборщите. – И подмигнув мне, вышел в подъезд.
  Мы с соседом  переглянулись.  Он ждал, что я уйду  вслед  за  гигантом,   но у меня  были  другие планы. Стараясь как можно дружелюбнее, я сказал ему:
-      По вашему я похож на умалишённого  и  по мне  рубашка   плачет? Я журналист - Ноэл Гордон. С четвёртого этажа.  
-      Пол Видок, с восьмого. –  Он явно  не  хотел продолжать знакомство, но у меня не было иного выхода.  
    Мне нужно было с кем-то поговорить.  Я был уверен,  что увиденное мною в подвале Харначиков,  не  плод алкоголь-ной галлюцинации,   а самый что ни на есть ужасный  факт.    "Этот идиот вряд ли мне поверит, тем более поможет. Ещё хуже,  если он вдруг снова   рванёт  к Харначику.  Тогда мне точно конец".   Но  что  делать  в  таких ситуациях?    Мне просто-напросто   никто и нигде  не  поверит.  Разве  только  в  сумасшедшем  доме. Я посмотрел  в соседнюю комнату и понял, что нахо-жусь  в  гостях  у  того   пресловутого   обладателя   дрели, который использует  её  только  по  ночам.   Все стены этой комнаты были завешены всевозможными картинами,  самая большая из которых была размером не больше  обыкновен-ной фотокарточки. "Если кому-то и следует обратиться  к врачу  так это тебе, придурок",  подумал я и представил  себе,   что  рано  или  поздно  одна  из  стен этой квартиры,    а  может  и  вся квартира,  рухнет,  похоронив под  собой этого  горе-коллекционера. Но вслух я сказал другое:
-      Отличная коллекция. Долго собирали? –   Хотя  логичней   было бы спросить, долго ли он прикреплял их к стенкам.
   Сосед  заметно  оживился, но тут же снова насторожился.  На его взгляд с  сумасшедшими  лучше не сориться.  Так же  считал и я.    В  этот  момент в дверь настойчиво постучали и сосед, пробормотав что-то вроде "долго", открыл. На  пороге   стояли   двое   полицейских,   подозрительно  на  нас уставившихся.    За  ними  возвышался   Джонни  Харначек.  Все трое прошли в коридор,   после чего  у меня  создалось   впечатление,  что я нахожусь в переполненном лифте.
-      Кто из вас Ноэл Гордон?  – спросил первый полицейский,  как мне показалось  лично  у  меня.   Я  не  успел  ничего  ответить,   так  как  сосед со скоростью пулемёта стал со знанием дела всё объяснять.
-      Он! – сказал он, тыча в меня пальцем, собираясь видимо  проткнуть. – Моего соседа ограбили…
-      Обокрали, – поправил его полицейский, но сосед, ничего  не слушая, продолжал.
-      После  этого  он  ворвался  ко  мне   в   квартиру  и  стал утверждать,   что   мистер  Харначек,  –  он  уважительно кивнул  в  сторону  гиганта.   –  Отрубил  кому-то  голову  топором и замариновал в трёхлитровой  банке,   которую  хранил у себя в подвале!  
  После этих слов все  подозрительно  посмотрели на меня, кроме Харначека.  Тот  только  спокойно улыбался,  слушая соседа и подмигивая  мне из-за спин  полицейских.  Видимо давая этим понять,  что беспокоиться, мол,   нечего -  он со  мной. Это  окрыляло. Меж  тем  сосед по-прежнему голосил  на  всю квартиру.
-  Он алкоголик! –   "И это после того как я похвалил его коллек-цию.  Ну, гад!",   подумал  я,  глядя  на  соседа.  "И чего он так разошёлся?"  -  И сказал, что он - журналист! – продолжал он  таким   тоном,    будто   это   было   моё   самое   страшное преступление.
-      Это правда? –    спросил   меня   полицейский,   перебив хозяина квартиры.
-      Конечно.    То есть то, что я журналист правда.   И кража тоже.  А голова… Видно привиделось.  –  Выдал я, глядя на гиганта.
-      Привиделось,   как  мистер  Харначек   отрубил   кому-то голову?  –  с издёвкой спросил  полицейский и обернулся к  гиганту,   возвышавшемуся   над   ним и  упирающимся    головой  в  потолок.   "Хотя такой, вполне мог бы", подума-лось ему.
-      Нет, просто  одна  голова.  А о подробностях  справьтесь   у   этого товарища. – Я кивнул на Пола Видока.   –  Как я понимаю,  он знает больше всех здесь собравшихся.  
  Сосед  хотел  было  что-то  возразить  и  добавить,  но тут второй полицейский, который до этого молчал, промолвил:  
-      Ладно.    Пора  заканчивать  этот  цирк.   Собирайтесь, – сказал он мне. –  Спустимся в подвал . Там и расскажите о том,  что случилось.
   Сосед   собрался,   было,  тоже одеваться,  но спокойный  голос   второго полицейского остановил его:
-  Вы можете остаться. Останьтесь! – закончил он, повышая голос,   видя, что сосед   всё   же  собирается  идти  вместе  с нами.  Последнему пришлось смириться, и он недовольно посмотрел на меня. Несомненно, в его глазах именно я был виной этому.  И он со злостью захлопнул за нами двери.

Вот прицепился!       993.jpg
« Изменён в : 18.01.2011 в 04:25:42 пользователем: Sir-Dorosh » Зарегистрирован

Нет в мире силы, сильнее силы тока.
Sir-Dorosh
[Черный Археолог]
Прирожденный Джаец

Инженерные войска




Пол:
Репутация: +242
Re: Рассказы друзей
« Ответ #4 от 20.01.2011 в 01:06:14 »

 
        4.
 
     
    Оказавшись у входа в общий подвал и пропуская  перед  собой  полицейских,  я  почти  со стопроцентной гарантией мог сказать,   что  никакой   банки с головой там сейчас не будет.  И  никогда  в  жизни  я   никому  не  докажу  то, что видел.  Разве только принесу им эту голову прямо в поли-цейский  участок,  где  меня сразу и пристрелят.  С такими  мыслями  я вошёл  в  подвал  вслед  за стражами порядка.  За мной как тень следовал  Харначек  старший.  Я отлично помнил,   что  когда  тот  выбежал  из  подъезда  и  рванул  в  подвал,   у  него  в руках был топор, окровавленный.  Не исключено,  что он  рубил  что-нибудь  у  себя  в квартире.   Например,  свинину  или  говядину.   Но,  голова  в  банке, стоящая у него в подвале, наводила совершенно на другие мысли.  И  теперь, ощущая за собой движение этого мань-яка,  я молился.    "Такой,   если  захочет,  может   всех   троих   зарубить,  а потом  вернуться  к   соседу  с  восьмого и  с  улыбкой  его  прикончить". Подойдя к взломанной двери, первый по-лицейский уверенно сказал:
- Да   кража   на  лицо.  
  После  чего  заглянул   внутрь,    всё  ещё  опасаясь,  что злополучная голова всё же там.  Не найдя  признаков кан-нибализма  он  смело   шагнул   в    разгромленный   мною подвал.   За  ним  влез  и  второ й   полицейский.   Подняв  двумя   пальцами блестящий лом, он задумчиво произнёс:
- Такие вещи обычно не  оставляют.   –  Он посмотрел на меня  так,   словно  я  был  не  журналистом, а профес-сиональным   медвежатником   и   явно   ждал  от   меня подтверждения.
- Да-да конечно, вполне возможно, - пробормотал я.
- Даю  стопроцентную  гарантию.  Любой вор никогда и ни за что не оставил  бы  после  себя   лом,  –   продолжал полицейский, поднимая разломанный замок
- Конечно, -  добавил я уже более уверенно.  
 И тут, словно снег на  голову,  за  моей  спиной  раздался  громовой голос Харначика,  сотрясающий  собой все окре-стности:
- Этот лом - мой!
   Все резко повернулись к гиганту.   Было ясно,  что  даже  полицейские, находясь в этой  подвальной клетке, струсили   от этого  грома  идущего  из  могучих  мехов   гиганта, именуемых лёгкими.   Первый полицейский, метра полтора    ростом,  зато  весом  килограммов  под  сто   двадцать,  от неожиданности   подпрыгнул, отчего его фуражка  слетела  и укатилась куда-то  в  бок,   обнажив лысеющую макушку.    Второй  остался  спокойно стоять, но его рука машинально  потянулась  к  поясу,   где  в кобуре  торчал  пистолет.  Он смотрел то на меня, то на громилу за моей спиной. Харначек повторил,   как  можно тише,   что бы,  не дай бог,   его  здесь  случайно  не  пристрелили,  чему  я был  бы  только рад:
- Этот лом мой.  Как и все остальные инструменты в этом подвале.
   Среди множества разбитых банок и раскиданных овощей  действительно виднелись  всевозможные  гаечные  ключи.   "Видно  я  задел  верстак,   и  всё опрокинул"
- Так  я  и  думал,   –   отняв  руку  от  кобуры,   произнёс полицейский и,  присев  на  корточки,   начал  ворошить  ломом  груду  овощей  у себя под ногами.  
- Барт,   оформляй   кражу   со   взломом. –     Обратился  он     к    коротышке –толстяку.     –   Что-нибудь ценное пропало? –  он взглянул  на  Харначика.  
- Нет.  Всё на месте.  Только не на своём. – Гигант обвёл рукой разрушения и улыбнулся, словно такие вещи слу-чаются с ним каждый божий день.
- Где     стояла     банка   с   головой?   –   как бы   между   прочим   спросил   полицейский  на  корточках,   смотря прямо в глаза Харначику.   Так что не понятно кому был адресован вопрос. То ли мне, то ли гиганту.  
  Услышав этот вопрос,   я  от неожиданности  подпрыгнул, больно ударившись о дверной косяк.  И,  повалился бы на-зад,   если бы  мощная, волосатая рука сзади  не схватила  меня за шиворот  и не водворила  на место.   Я понял, что отвечать придётся мне.
- Мне  показалось, что я видел её здесь.   –   Я указал на место, где обнаружил кошмар  всей своей жизни.
   Все  посмотрели  туда,  и наступившую тишину разорвал  внезапный  смех гиганта.
- Для голов и прочего  я  содержу   специальный  подвал.  Побольше!  А этот у  меня  для овощей.    Так   сказать,   для   гарнира! –   и он заржал пуще прежнего.
 Толстяк-полицейский тоже заржал. Я попытался выдавить  из себя хоть какое-то   подобие   смеха. Но получилось ли,   не знаю. Полицейский  на корточках даже не улыбнулся.  
- Так. Барт закругляйся. Мистер Харначек, как только нам что-нибудь станет известно,   мы дадим вам знать.  Вам же мистер Ноэл в случае чего позвонят. Всё понятно? –   И поднимаясь,  он пристально   посмотрел на меня.
- Понятно. Конечно. Мне позвонят.  – Что мне оставалось ответить?
- Отлично! – раздался над моим ухом громовой  голос.   –  Желаю  вам поскорее изловить этих мерзавцев. Чёрт их подери!
  Выйдя  на  улицу, мы с удивлением обнаружили, что сол-нечный день потух и вовсю лил дождь. Харначек остался в подвале и полицейский,  который  не Барт,   сказал мне на прощание:
-  Будьте   поосторожнее.   В наше время может что угодно случится. Не спешите опрокинуть лишний  стакан. Нередко он  оказывается   последним.   –    Посмотрев   в   сторону  патрульной    машины,    куда   уже   успел    вкарабкаться шустрый   толстяк,  он  продолжил.   –     Вот номер  моего телефона.  –  Он протянул мне визитку.    –   В случае чего звоните.
  И увидев, что из подвала поднимается   Харначек,  поли-цейский     развернулся  и  побежал  к  машине,   где  его с нетерпением  ждал напарник.   Спустя  минуту  патрульная машина  скрылась  под проливным  дождём,  оставив меня одного  с  гигантом-маньяком.   Примостившись  рядом  со мной и опёршись  о столб,   Харначек-старший   задумчиво  смотрел вслед удаляющейся машине,  после чего,  не сказав мне ни слова, зашёл в подъезд, оставив меня наедине со своими  тревожными    мыслями.     Я  обречёно  вошёл  в подъезд  и  поднялся к себе на этаж.   Взявшись за ручку двери,  я вспомнил,  что она захлопнута,   а ключи внутри.   С каждой секундой я ожидал, что соседняя дверь Харначи-ков  за моей  спиной  резко  распахнётся и могучие,  воло-сатые руки  схватят  меня за шею.   Но тишине в подъезде  мог бы  позавидовать  самый   лучший   могильный  склеп. В слепой надежде  я повернул ручку,  и дверь отворилась. Я уставился в образовавшийся  проход,   где стояли  такие  родные  мне  добитые  вещи.   Этот  дряхлый  комод,  этот затоптанный до дыр коврик…Нет,  ничего   более   радост-ного  и   родного   в   мире   для    меня   в   этот    момент  не существовало.  Я быстро проскользнул в свою квартиру и закрыл  дверь  на  все  замки,    обещая и клянясь,  что в самое  короткое  время  добавлю к ним ещё пару штук.  Не включая  света,  хотя  он в этот  пасмурный  день  был  бы весьма кстати, я пробрался  на  кухню  и осторожно приник  к  стеклу.  Фургон стоял на месте.   Значит  гигант  дома и, следовательно,  его  отделяет  от  меня  всего  лишь каких то две двери и лестничная площадка  -   ничтожный пустяк для маньяка, который срубает человеческие головы одним взмахом своей  мощной  руки.  Я поледенел от страха.  Не находя  себе   места  и  боясь  что  меня  увидят  в окно, я присел   на  табуретку  и  придвинулся  в  угол.   Поглядев  на  свои   руки, я  заметил,   что  всё  ещё  держу   визитку   полицейского.   И  мне тут  же захотелось  ему  позвонить.  "Спокойно  Ноэл.  Ты  пока  жив   и  твоя  голова  на твоих  плечах"   Я  взялся  обеими руками за голову,   словно проверяя так ли этона самом деле.  "Надо  продавать квартиру и сваливать  куда подальше и чем побыстрее.  Только бы успеть. И зачем я от-крыл двери его сынку".  
- Сидел  бы  себе  на  кухне и в ус не дул,  –   продолжал рассуждать я вслух.
  Я перевернул визитку и прочитал.   "Майкл Гринн. Клинтона  20, так-так.   Значит частный дом. Телефон:34343536.   Отлично.   Надо  звонить"  Я на секунду задумался.   "И что я ему скажу?    Ведь  ничего  пока  не  произошло, к счастью"
- Но  он так странно на меня посмотрел перед  отъездом.  Словно  поверил в то,  что я не сказал.  Разумеется,  он  мне  поверил!  С таким взглядом как у него могут только   верить! – закричал я от радости,  но тут же прикрыл рот рукой,  боясь,   как бы  меня  не  услышали  в  соседней квартире и не решили ускорить незаконченное дело.
   А в том, что оно  не закончено  я не сомневался.  Я влез не туда куда надо. Чёрт побери!  И теперь путаюсь в ногах   этого  кровожадного Харначика. Не исключено, что он просто чего-то выжидает.   "Может  темноты?   Да такие ребята действуют по ночам. Это несомненно",   я глянул в окно, моля что бы ночь пришла как можно позже.  "Что же делать?"
- Хорошо.   Позвоню  этому Майклу.  А дальше? –   Резко вскочив, я начал ходить  из  угла  в угол, что выглядело  весьма   забавно  в  такой  тесной  коробке.    – В конце концов, к кому мне ещё звонить!?   Не к кому. – Ответил я сам себе и пошёл в комнату, где стоял телефон.
  Сжимая трубку в руках, я медлил. "Надо  выпить", немного  "Только для храбрости",  крутилось у меня в голове. Отложив  трубку, я направился к  своему   спасительному шкафчику.    Проглотив   целый   стакан   виски,   я  почувствовал  себя уверенней,   и снова  взял  трубку.  Набрав  номер,  я стал ждать,  молниеносно прокручивая в голове  всевозможные  уговорки,    доводы  и  разъяснения,   способные,  на   мой  взгляд, заставить поверить мне и примчаться  по  первому  моему  зову. Часы показывали 12.00.  "Значит, прошёл  всего  лишь  час,  а  на  мою  голову  столько  всего  свалилось"   Я  ещё отхлебнул виски, прямо из горлышка.  
  12.01.
 "Что же он медлит?", тревожно размышлял я,  считая гудки  в  трубке.   В 12.03.  гудки прервались,   и на другом конце провода раздался  спокойный, уже знакомый мне голос:
- Майкл Гринн слушает.  
 Я молчал, собираясь с мыслями.  Но мне не хватало духу, и я не знал с чего и как начать.
- Это вы, Ноэл?
- Да, – выдавил я еле-еле из себя,  почти уверенный, что трубку на другом  конце  сейчас  положат,   и я останусь один, раз и навсегда.
- Я знал, что вы мне позвоните. Говорите Ноэл.
- Я знаю,  что в это трудно поверить.   Не  знаю,  поверил бы я сам,  окажись я на  вашем  месте.  Наверно  нет. – Я всё ещё плутал в тёмных  закоулках  своего сознания, выискивая что-нибудь такое, что мне поможет.
- Вы про голову?  –  прорвался в мой обеспокоенный мозг спокойный голос полицейского. - Я вам верю.  
  Бутылка выпала у меня из рук, и виски стало растекаться по грязному ковру.
- Я вам верю Ноэл.  Я не шучу.
- Не знаю, откуда, но я знал, что вы мне поверите.
- Как понимаю вы сейчас у себя в квартире?   Где Харна-чек?
 У меня ёкнуло сердце.
- У себя дома. Наверное.
- Ноэл. Вы в этом уверены?
- Когда  вы уехали, он вышел и  как-то  странно  на  меня взглянул.   Ничего не сказал.  Только посмотрел и сразу ушёл.  В подъезд. Скорее всего он дома.
- Думаю, вам не стоит объяснять, что вы в опасности.  Но  опаснее всего оставаться вам у себя. У нас нет никаких улик.     Совершенно  ничего.  Это  была  просто  кража. Понимаете?
- Да.
- Так вот. Харначек это то же хорошо понимает.  Поэтому  чувствует    себя   в   безопасности.    Но  не  в  полной.  А знаете почему?
  Я   догадывался,   куда  клонит  Майкл Гринн,  но  боялся в этом себе признаться.
- Нет.
- Из-за Вас. Потому, что вы знаете его тайну.  
  "Ну  вот.  Началось",   подумал  я,   нащупывая   свободной   рукой  упавшую бутылку. Дрожащим голосом я сказал:  
- Но ведь я же признал,   что всё это плод моего вообра-жения.   При  всех.  Галлюцинация.    Может быть  даже   алкогольная.  Ведь я частенько прикладываюсь.
- И вы думаете,  что этот гигант-маньяк,  находясь у себя дома и, зная, что на его площадке, за дверью напротив, живёт человек,  то есть вы, сначала с  полной   уверен-ностью    утверждающий,   что  видел  в  его  в  подвале человеческую голову в банке,  а затем, под воздействием страха,  перед расправой,  пытающийся  всё свалить  на алкогольные галлюцинации? Иными словами, просто  оградить себя от гнева  маньяка, который сам и вызвал, случайно   сунув   свой  нос  туда,     куда  не  надо.  Вы думаете,  псих,  в два  метра  ростом,   всё   спустит  на тормозах?
  Что мне оставалось сказать при таком раскладе, который  я  и  так  знал,  просто  боялся   произнести вслух.   И  вот  теперь  за  меня  это  сделали, поставив перед фактом.
- И что же  делать?
- В  первую очередь надо спасать вас. –  "Это утешало"  -  А  во  вторую,  обезвредить  душегуба.   И  сделать  это  придётся ни кому иному как нам, ибо никто другой в это просто  не  поверит.    Даже,   если  я  подтвержу   ваши показания. В лучшем случае нас поднимут на смех.  Ну, а  в худшем,  мы  оба  угодим  туда,  куда следовало бы поместить Харначека.
- Но как?   Вы сами  видели,  что он  собой представляет.  Обо мне нет и речи.   Но  даже  Вы,  извините,   вряд ли справитесь с ним.
- Я  вас   понимаю.  Но здесь это вряд ли поможет.  Даже   если мы и справились бы с ним,  это ничего не дало бы.   Закон  на его  стороне.  Нужны  факты.  Доказательства его кровавого  зверства.  
- Но где мы их возьмём?  
- Не знаю.  Но их надо найти. А пока быстро собирайтесь и перебирайтесь ко мне.   К вам я приехать не могу.  Не дай бог Харначек это увидит, тогда всему конец. Я буду ждать вас на перекрёстке, около бара "Койот".  Знаете?
- Да-да. Конечно.
- Так  вот.   Через   пятнадцать   минут  я буду там.   Моя   машина  - серый   опель-«кадетт».    Старайтесь   вести   себя   спокойно   и  не  вызывать подозрений. Спокойно выйдете из квартиры.  Ведь не набросится же он на вас среди  белого  дня  в подъезде.  Смотрите,  чтоб  он  не пошёл  за   вами  к  месту   нашей  встречи.   На  всякий случай  возьмите с собой… –  он на секунду прервался, видно размышляя.  -  Какой-нибудь  нож.  Так, на всякий случай.  
  При этих его словах у меня в глазах потемнело.
- Не   бойтесь.  Сейчас  он  на  вас  не нападёт. Не в  его  интересах.  Но предосторожность не помешает.
 Я попытался вставить:
- Может  всё же вы сами заедите ко мне.  Мол, проверить   что-то.   Или   что-то  забыли…
- Ни  в  коем  случае!  –   обрезал  меня  голос  на другом конце провода.    –  Это  вызовет  подозрения у гиганта.   Из-за  подвальных краж  не  возвращаются  по  сто  раз. И тогда…  Тогда,   вы   сами  знаете,  что  тогда  будет.  Защитить вас станет гораздо сложнее.  
- Но, может мне уехать? В другой город. Продать квартиру?   Скрыться?  Не бросится же он за мной в погоню не известно куда?
- Во-первых:   не  известно   успеете  ли   вы   уехать,  не говоря уже о продаже квартиры.  Во-вторых:  даже если вам  и удастся  удрать,   то  уж  поверьте  мне  и  моему  опыту,  такие звери сдохнут,  но найдут того,  кто удрал из под самого  их  носа  и    по прежнему  представляют  опасность.   И,  наконец, в третьих:   сбежав  на  другой  конец  света  и  зарывшись  под  одеяло от постоянного   страха преследования,  ваша совесть, если вы настоящий человек,  не даст  вам  покоя.   Так  как  за  многие   километры  от  вас останется  чудовище-маньяк,  отры-вающее людям  головы ради удовольствия  и  рыщущее  в  поисках  своей   единственной    опасности.  То  есть,  Вас.   Эти  люди  не  виновны,   и так же  как  и вы хотят жить.  Но в отличие от вас, они не знают,  что среди них бродит кровожадная  тварь.
  В телефоне  воцарилось молчание.  Всё сказанное  было  правдой.   И мне совсем  не  хотелось  выглядеть   жалким трусом  в  глазах   этого   полицейского,  который,   рискуя собственной жизнью, встал на мою защиту. Поверил мне.
- И ещё.  Его  ребёнок.   Разве  вам  не жалко маленького  Энди.   Ведь он наверняка не знает, что скрывается под видом  его  отца.  А если он, не приведи господь, знает,  то  тем более нуждается в помощи. -  Добавил полицей-ский, поняв,  что я всё ещё колеблюсь.
- Хорошо.  Я приду.  А там будь что будет.   Значит около "Койота"?
- Через  пятнадцать  минут,  –  быстро  выстрелил  Майкл  Гринн и положил трубку.  
   Я  уставился  в стенку,  переваривая последнюю инфор-мацию.  "Плохи  твои дела   Ноэл"   Наклонившись,  подобрал  почти  пустую   бутылку и выпил  всё  до  дна.   Пройдя  на  кухню, я открыл шкафчик,   где лежали ножи и вилки.  Взял в руки по ножу.  Выбрав самый большой,  сунул его в карман брюк.  Окинув  прощальным  взглядом  родную  кухню,  где до сих пор валялась не подкуренная  сигарета  и стояла пустая кружка для кофе,   я чуть  не заплакал.  С силой  сжав  кулаки,  я  сквозь проступающие  слёзы,   посмотрел  в окно.   Дождь  прекратился,  и  сквозь  тучи  пробивалось   ослепительное  солнце и синее небо. Я увидел, как в доме  напротив сверкнула стеклом балконная дверь и появилась девушка. Следом за ней вышел парень и, указывая куда-то высоко вверх, засмеялся. Девушка тоже засмеялась, и мне показалось, что я  слышу  их смех. Вдруг сверху, раздался оглушающий рёв  дрели.   Через   минуту  за стенкой  раз-дались барабанные удары,  и  убойная  музыка  заглушила  все существующие  вокруг  звуки.  "Самое  время  кого-нибудь  убить", подумал я,  "Никто  не  услышит"
  Прихватив  со  стола сигареты, я тихо прошёл в коридор.   Прислонился    ухом   к  двери   и  прислушался.    В  моём воображении нарисовался  гигант-Харначек,  тоже присло-нившийся  к своей двери и выжидающий, когда же я выйду,   что б  завершить  не законченное дело. Я медлил.   Время  шло, и я знал, что через пятнадцать минут, может уже  де-сять,  на  перекрёстке  у бара  "Койот"  меня  будет  ждать   Майкл Гринн   –   моя  единственная  защита.   Надо  было    решаться.  Я открыл  все   замки  и  снял    цепочку.   Рука непроизвольно потянулась к карману, из  которого  торчал  нож.   "Спокойно Ноэл.  Ты  сделаешь  только  хуже.  Тебе же ясно сказали,  что  никто  на  тебя днём  не  нападёт"     Отняв руку,   я  накинул  куртку,  что бы прикрыть своё оружие.   "Никаких лифтов.  Только ступеньки",  пронеслось  у меня  в голове, и я открыл двери.  Передо  мной  появилась дверь Харначиков. В отличие от моей  в ней  имелся глазок и я  в  страхе   уставился   прямо  в  него.   Мне   показалось,   что  в  нём   мелькнул   свет,  словно только что  кто-то в него смотрел,   но быстро ретировался.  Как ни в чём не бывало, я  ступил на площадку  и прикрыл за собой  двери,  моля что бы они  не  скрипнули.   Закрывать не стал,  боясь поворачиваться спиной  к   глазку.   Один  шаг,  второй.    "Вот  и  лестница"   Стараясь   не  спешить,  я  стал  спускаться.   Оказавшись  этажом  ниже,  я  сорвался  с  места,   и  в  мгновение  ока  оказался  под  козырьком  подъезда.   "Теперь спокойно Ноэл.    Он  может  смотреть в окно.  Не  завали  всё  дело"   Собираясь с  духом,  я  решил  выйти из-под козырька.  Но тут на моё плечо легла тяжёлая, волосатая рука. Ещё  секунда и я бы обделался.  
- Отличная  погодка.    Свежо.    Прекрасно.   –  Раздался позади меня громовой голос хозяина  руки.
  Я обернулся.  Передо  мной  стоял  Джонни Харначек. Ни тени   улыбки.   Лишь   мрачное,   словно  каменное  лицо,   выглядывающее  из-под  седых,  длинных  волос.   "Какой я глупец!    Ведь  он  мог  быть  в подвале!   Где и был!",   я в ужасе   смотрел   на него.   "Бежать!?  Такой  догонит  в  две  секунды. Кричать?  И моя голова поскачет  по ступенькам  прямо в подвал"
- Что  скажите?  Лило как из ведра, а тут нате  -  Майями!   Если б не этот подвал… не желаете  взглянуть?    –   он потянул меня к проёму  в  подвал.   –  Я так постарался, что любо-дорого взглянуть. Чистота и порядок.  
  Цепляясь за жизнь,  я, к своему удивлению,  выскользнул  из-под его руки и, уходя быстрым шагом, больше  похожим  на  бег,  еле выдавил:  
- Я спешу. Как-нибудь в другой раз.
- Ну.   В другой,  так  в  другой!  –   заржал  мне  вдогонку седоволосый гигант.
   И я,  завернув  за угол  дома,   быстрее  ветра помчался  к серому опелю, ожидающему  меня  у перекрёстка.  Вслед  мне  нёсся  непрекращающийся хохот подвального  маньяка.  

Вот прицепился!       9997.jpg
Зарегистрирован

Нет в мире силы, сильнее силы тока.
Sir-Dorosh
[Черный Археолог]
Прирожденный Джаец

Инженерные войска




Пол:
Репутация: +242
Re: Рассказы друзей
« Ответ #5 от 21.01.2011 в 10:27:52 »


         5.
 
 
   "Теперь  я  точно  покойник",  на бегу  думал  я.   Мимо  меня проносились машины,  мелькали люди.   После дождя город сверкал  всеми  цветами   радуги  и  дышал.   Никто  никому  не угрожал,  только  я один был предоставлен самому  себе  и  своим зловещим проблемам. Через каждые десять шагов я оглядывался, ожидая погони.   Но  среди  снующих   туда-сюда людей и машин не было никаких злобных,  двухметровых    гигантов.   И  всё  же  я бежал  и оглядывался.   Люди  с  удивлением   таращились   на  меня  и  тоже глядели в ту же сторону,  видимо  рассчитывая там увидеть, по меньшей мере чудовище,  от которого  я  так  быстро улепётывал. Но ничего страшного там не наблюдалось  и они, уже не  скрывая   свой   смех,  показывали на меня пальцем, после чего им же крутили у виска.  Но мне было наплевать. На всю эту   освежающую   красоту после дождя,  на  людей,  абсолютно  на  всё.  
  Выбежав на спасительный перекрёсток, я стал выискивать  нужную мне машину. Это было не сложно.  Так как ни одной  стоявшей машины  там  не было.  Всё двигалось и бурлило.   В  панике  я бросился  к "Койоту"  и стал  выискивать среди машин на стоянке серый  опель.  Там его не  было.   Взгляд  упал  на  часы,    висевшие   над   одним  из  магазинчиков, располагавшемся на первом этаже офисного здания. 12.14.
   "Слава богу! Ещё  не  время!"  
  От   радости   я   чуть   не    закричал.    Схватил   первого попавшегося   мне  под   руку  прохожего  и  так   стиснул  в объятиях, что бедняга чуть дух не испустил.  Опомнившись,  я  пробормотал   какие-то   извинения  и стал ждать Майкла Гринна.   Страх снова начал сковывать меня,  но я старался держаться. "Здесь мне ничего не угрожает",  уверенно рассуждал я.    "Столько  народу!  Он  же не  настолько  псих…",   тут  я осёкся. "Мариновать  головы в банках и хранить в подвале,  такое даже психу не под силу"  
 В этот момент на стоянку, со стороны двора, въехал серый опель и Майкл Гринн, открыв дверцу, крикнул:
- Ноэл! Садитесь! Быстро!
   С  быстротой  молнии я впрыгнул, и мы  выехали на пятое  авеню.    Я   молчал,   уставившись   вперёд,   не  зная  что сказать.  
- Вы в порядке?  
  Я кивнул,  и,  достав  огромный  нож из кармана,  положил  перед  собой  на щиток,   давая таким образом понять  своё  состояние.  "Как можно быть в порядке, если приходится таскать с  собой  такой  кухонный  меч",   мысленно   ответил  я  на  его вопрос. Он всё понял и сказал:  
- Да.  Глупо об этом спрашивать. Извините.  Но,  я должен был спросить.   Потому что  когда я въезжал  на стоянку,  в дальнем конце улицы  я видел Харначека. Не знаю, что он там делал.   Может  просто совпадение?    Не уверен.  После   нашего   разговора  по телефону, ничего не произошло? –   он вывернул  руль вправо,  и мы выехали  на  Линкольн стрит.  
- Произошло,   –  вымолвил я, после чего Гринн посмотрел на меня.
- Что произошло?
  Я вкратце пересказал ему произошедшее у подъезда.
- Значит,  он всё же пошёл за вами.  Хорошо, что я подъехал с тыльной стороны  "Койота".   Будем  надеяться, что он не видел, как вы сели ко мне в машину.  
  Заметив,  что  меня  при  этих   словах    передёрнуло,  он быстро добавил:
- Не беспокойтесь.  Я не дурак. Увидев Харначека,  я знал что делать. Нас  он  не  видел.   – Это было произнесено с такой уверенностью, что я, было успокоившийся, снова забеспокоился.
- Не долго мне осталось,  – обречёно выдавил я из себя.  
- Ну-ну.   Не всё так страшно.   Все кошмары  я  возьму на себя.  И  ужасы тоже.  Так что вам ничего не достанется.   – Он улыбнулся.   В первый раз.   Что произвело на меня магическое действие сердечного бальзама.  
- Не  стоит,  я пока  что  не  умер.  Так  что  пару штук ещё осилить смогу.  –  К своему удивлению я понял, что тоже улыбаюсь.  
- Уберите нож. Незачем пугать прохожих.  –  Гринн  кивнул  в  сторону  сверкающего  на солнце оружия.  После  чего   снова   вывернул   руль вправо.
- Что вы собираетесь предпринять? – спросил я.
- Предлагаю  перейти на  "Ты".  По  рукам?   – он протянул мне худую, но крепкую как сталь ладонь.
- По рукам.
- Так вот Ноэл. У нас ничего нет.  Но это ничего не значит.  Будет.  Нам нужны факты и доказательства.  
   Тут влез я:
- Ты имеешь ввиду головы?
- Да.  Именно  это я  и имею ввиду.  А ещё снимки, съёмку камерой, диктофон и арест с поличным.  
  Я  молчал и думал.  
  "Куда я влез? Надо бежать. Продавать квартиру…"
-  Ты наверное думаешь,  куда ты влез?  Но я не собираюсь повторять тебе то,  что сказал  однажды  по телефону.  Или ты   Ноэл  со  мной,  или нет?    Если  нет,  то  я остановлю машину,  где скажешь.  Ты  выйдешь  и  можешь делать что хочешь.   Это  твоё  право и бог  тебе  судья.   Но  если  ты останешься и поможешь мне,   то тебе  буду  благодарен не только я,  но и все  живущие  на  Земле  люди.  Решайся.  – закончил  Майкл,  подкатывая  к  тротуару  и  останавливая машину.  
- Я с тобой Майкл, - ни секунды не раздумывая, ответил я.
  Ничего  не  сказав,   Майкл   снова   завёл   машину  и  мы   влились  в  общий  поток.   К  этому  времени   тучи  высоко в небе уже  полностью  растворились и  яркий,   апрельский день царственно  вступил  в  свои  права.  Распустившиеся, пушистые деревья повсюду укутывали  бесконечное,  уличное  пространство.   Их  невероятные,  сказочные  ароматы,   плотной    массой    проникали в машину  сквозь  открытые окна.    
   "Весна!",
кричала   моя  душа. Сегодня, как никогда раньше, я понял,   что такое настоящая  весна!   Что  такое  настоящая  жизнь!  
Витая в облаках и бродя по сказочным садам, я не заметил,  что  машина   остановилась.  Голос  Майкла  вернул  меня к действительности:
- А вот и моя конура,   –   он кивнул  в сторону, и я увидел маленький   коттедж,  ютящийся,   среди  множества  ему  подобных    на  этой  улице.   Слегка   перекошенный,  но с виду довольно уютный.
- Здесь я и живу, – вываливаясь из машины, он посмотрел  в небо. – Красота! Вылезай Ноэл, у нас впереди тяжёлый день.
  Закрыв дверцу,  я  последовал  за  Майклом  в  дом.  Оказавшись  внутри,  он  сразу взял телефон и набрал какойто номер.  Кивком он дал мне понять,  что бы  я  располагался как дома. Я уселся в кресло и стал ждать.
- Феникс!  Это Гринн.  Ты где сейчас? Что? Ничего-ничего!  Если ты через пол часа не будешь у меня дома, то скоро  там   окажешься.  –    Майкл посмотрел на меня.  –  Да, я один. Давай живее! – и он кинул трубку.
- Друг? – спросил я.
- Так, должник. Ноэл, ты будь как дома. Выпьешь?  
  Я  отказался,  но не слишком уверенно. Этого было доста-точно.
- Значит выпьешь.  
  На  столе  появилась бутылка виски и два стакана.  Майкл продолжил:
- Феникс – медвежатник. Бывший, надеюсь.  
- Он вор? – я удивлённо посмотрел на Майкла.
- Да. Причём специалист конкретный.
- Не понимаю.
- Видишь ли, Ноэл.  Я замки без ключа открывать не умею. Ты, как я думаю тоже? –  я кивнул.  – Значит,  их  вместо  нас  откроет  Феникс.   Нам   надо   узнать,  что творится  в подвале  у Харначека, когда он думает,  что туда никто  не влезет. Осмотреть его дачку, если она у него имеется  и  так  далее  и   тому  подобное.   Мало  вероятно, что в подвале  что-то  осталось,  но,  чем  бог не шутит.  Установим пару камер там-сям.  Что-то да поймаем.
  Я понимающе кивал  и соглашался,  в ужасе  представляя, как  мы  будем   пробираться,   и,  скорее   всего    ночью, в  подвал   маньяка  и  на  его дачу  в поисках улик.  Услышав следующие слова Майкла, я похолодел.
- Возможно, и это скорее всего,  тебе придётся  вернуться домой,  что бы у  него не  возникло  подозрений.   Да-да. Точно.   Тебе  надо  вернуться   сегодня   вечером,  –  он взглянул на меня.   –   Понимаю.  Задачка  совсем  не  из лёгких.  
- Боже   мой!   –  тихо прошептал  я, хватаясь одной рукой   за  голову   и чувствуя, что проваливаюсь  в  пропасть. – По-другому никак?
- Никак Ноэл.  Но я буду всегда рядом. Или в машине, или где-то около твоего дома. Не бойся. Будешь звонить мне каждых пол часа.  
  Я обречёно  молчал.   Харначек   мог  бы   убить  меня  за секунду, не то что за пол часа.   Но не  звонить  же  каждую секунду.  Майкл смотрел на меня и понял меня снова.
- Будешь звонить каждые десять минут.  В случае чего бей  стёкла.    Но  я  повторяю   тебе,   что  такие   психи   как   Харначек,  далеко  не идиоты  в  своём  деле.  И убивать  тебя  ему  себе  дороже.   В городе,   и  уж точно в своём доме, он этого делать не станет.
- А хранить головы в банках у себя в подвале? Это Майкл,   по-твоему, пустяк? – выдавил я.
- Во-первых, не головы,  а голову.   Во-вторых,  он  хранил её, в расчёте, что никто об этом не знает. Ещё бы!
- Это окрыляет, – мрачно сказал я.
- Можешь забаррикадировать двери.  И если уж Харначеку  вздумается  на тебя напасть,  что  маловероятно,  то это его  остановит.  А там уж я прибегу.
 У меня возникла мысль. А не хочет ли Майкл использовать   меня,  как приманку.  Всё один  к одному.  Я подозрительно посмотрел на него.  И он снова прочитал мои мысли.
- Ноэл!  Возьми же наконец себя  в руки.  Этот гигант тебя угробит,  даже не прикасаясь к тебе, так ты его боишься.  
  "Побыл бы ты с ним наедине, посмотрел бы я на тебя"  
- Других  решений нет,    -  продолжал Майкл.   -   Можешь остаться  со  мной  и  Фениксом,  но тогда  Харначик уже сегодня   вечером  поймёт,   что  дело  не  чисто и пиши-пропало.  Тебе придётся мне поверить на слово, что я не использую    тебя  как  приманку.   Потому  что  обратное   доказать я тебе не смогу.  Кроме моего слова мне нечего тебе предложить.
 Я готов был провалиться  под  землю  от  стыда и собственного страха.
- Извини Майкл. Именно так я и подумал.
- Ничего. Так ты мне веришь?
- Да.
- Вот и хорошо.  А ещё я дам тебе  вот это. – И он, открыв  сейф, протянул мне большой, чёрный револьвер.  –  Нож можешь оставить у меня в машине.
  Если вы  слышали  выражение  "Камень с сердца упал", то теперь  помножьте это чувство  на сто  и представьте,   что творится  у  меня в душе.   Да  я  прямо  сейчас  готов  был   сорваться с места и ринуться в битву хоть  с  целой армией  Харначиков.  Вот что делает оружие с трусливыми и глупыми людьми.
- Спокойно  Ноэл.  Ты не во  Вьетнаме,   но тоже на войне.   Это боевой кольт сорок пятого калибра.  Одного выстрела достаточно,  чтобы снести  башку  даже  слону,  не то что какому-то там Харначеку. Стрелял раньше?
- Да,  –  солгал я,  боясь,   что  иначе  Майкл  не  даст мне пистолет.
- Так и знал, что не стрелял. Но не беда.
  В течение минуты он объяснял, как снять пистолет с пре-дохранителя и куда нажать.  
- Вот  и  всё.   Стреляй   только   тогда,   когда    Харначик  развалит  твои  двери топором  и  начнёт  в  исступлении раскидывать  баррикаду.   Поверь,  от  возникшего  шума прибегу не то что я, весь район сбежится.  
- Всё ясно.   Только при явной угрозе жизни,  –  успокоил я его.
- Вот именно.
  В  этот  момент у коттеджа  затормозила  машина.  Глянув  в окно,  я увидел Феникса.   В том,  что это был именно  он,   не  было   ни  каких   сомнений. Я никогда раньше не видел настоящего гангстера.  Только в фильмах.  Этот был точной копией с них.   В дорогой  тройке,   шляпе  и  с перекинутым  через  руку   плащом,   под   которым   они   обычно  прячут автомат.   Раздалась  трель  звонка.  Спустя минуту, Майкл провёл в комнату этого Феникса.   Увидев меня он удивился и вопросительно уставился на Майкла. Тот его успокоил.
- Это свой.  
- В смысле свой? То есть коп?
- Нет Феникс.  То есть  друг. Он журналист – Ноэл Гордон.
- Ага. Ясно.  –  Хотя было явно видно,  что  ему  ничего не ясно.
  Феникс без приглашения  ввалился в соседнее кресло и по хозяйски  налил  себе виски.  Майкл  достал  третий  стакан и тоже уселся рядом.
- После  того  что ты здесь услышишь, ты конечно можешь  уйти.   Но предупреждаю,    что не пройдёт и дня,  как ты окажешься там, откуда я тебя вытащил.
  Феникс поморщился.
- Ладно.  Выкладывай. Что у тебя?  Я привык платить свои долги, а тебе я  должен. Слушаю.
  Майкл  начал  довольно   подробно   излагать   суть  дела. Изредка он обращался ко мне. А я, поддакивая, исподтишка наблюдал за медвежатником,  который на протяжении всего   рассказа  не  проронил ни слова. Наконец,  Майкл закончил и налил мне и себе виски. Феникс по-прежнему молчал.
- Ну что Феникс?  –  Майкл посмотрел на вора.  – Всё ясно как божий день. Надо только доделать то, что начато.  
 Феникс ещё немного помолчал и вымолвил:
- Ну что ж. Надо, значит надо. Когда выдвигаемся?
- Сегодня вечером.
- Надо захватить инструмент,   – Феникс виновато посмотрел  на   Майкла.   –   Забыл   выкинуть.    Как  знал,  что понадобится. – Он улыбнулся.
- Ну  конечно,   –  улыбнулся  ему  в ответ полицейский.  –  После  того,   как  закончим  с  нашим делом, отдашь его мне.  Я сам выкину.
  Феникс повернулся ко мне и спросил:
- Не боишься лезть в самое пекло Ноэл?
- С этим не боюсь.   –   Кивнул  я  в  сторону  лежащего на столе пистолета.
- Понятно. А как выглядела та голова в банке?
  Этот   вопрос   застал  меня  врасплох,  и я  посмотрел  на  Майкла,  но тот молчал и тоже смотрел на меня.  И  я начал объяснять:  
- Голова взрослого человека.  Соответствующих размеров. Не знаю почему, но  мне,  почему-то, кажется,  что её  не  отрубили  и не отрезали. Её оторвали. Оторвали быстро.   У  человека, который за секунду до этого чего-то  сильно  испугался.   Нет,  не   близкой смерти.  А именно  чего-то кошмарного,  физического,  стоящего  прямо  перед  ним.   Глаза  были на выкате и рот в ужасе открыт.   До сих пор  я  думаю,  что  если  бы  ту  банку   разбить,   то из этого скорченного  рта  вырвался бы  наружу  крик.   Боже мой. Я тогда чуть не обделался.  
  Майкл   снова     разлил   виски   по   стаканам.    Мы   все   отхлебнули,  и  я продолжил:
- Всё это конечно ужасно.   Но вот одно обстоятельство не  вяжется. – Майкл и Феникс замерли. –  Да.  Харначек мог  заманить    какого-нибудь    бедолагу  к  себе   на   дачу. Которая у него, кстати, имеется.  По утрам он, словно по часам,   ровно  в 9.00.,   вместе  с  сыном,   возможно  он брал его с  собой  для  отвода соседских глаз,  уезжал  в своём  фургоне  куда-то.  Скорее всего на дачу.  Так вот.  Заманить   бедолагу   Харначек  мог.   Далее.   Оторвать голову - боже мой!  –  тоже  мог.   Ты  Майкл  его  видел.   Далее. Перевезти? Раз плюнуть. Фургон и сумки имеются. Но вот дальше?  Как, скажите мне пожалуйста, можно  поместить     голову взрослого    человека   в   целую,  трёхлитровую  банку,  не  разбивая   её?  –  закончил я и залпом проглотил виски.
  Наступило молчание и  в воздухе стало попахивать чем-то  зловещим.
- Прямо мистика какая-то. – Выдавил из себя Майкл.
  Тут голос подал Феникс:
- Я где-то слышал,   или читал,   что  в  древние  времена,  нечто  подобное использовали в бродячих цирках.  Знаете, карлики там всякие и прочие уроды. Их ещё в детстве помещали  в  бочку,  или  что  там  у них было.   А  когда ребёнок подрастал. – Феникс выдержал многозначительную  паузу.  Мы  с  Майклом  в  ужасе  смотрели  на него,  наперёд зная,   что он сейчас скажет.   И  он  закончил. – Телу его некуда было деваться,  и оно принимало форму того   сосуда,  куда было помещено.    Когда  тело  окончательно созревало,   например в двадцать лет,  хозяева разбивали бочку.  И, бац!  Страшный урод  готов.   О  его  психике можно только догадываться. Не приведи господь такого встретить ночью. Лучше уж плаха с топорами.
- Ну а банка?    –   Майкл мрачно смотрел на Феникса.  
  Тот ответил:  
- Ваш  Харначек  вполне мог  приспособить  к  такой банке   какого-нибудь ребёнка. Сколько  сейчас Харначеку?
- Под пятьдесят, – ответил я.
- Около того, – согласился со мной Майкл.
- Вот и сходится.   Тому  в  подвале,  то  есть… - запнулся Феникс.  - …тому, чья голова  была  там в банке было не больше тридцати.  Ведь так?   –   Феникс   посмотрел  на меня.   Я  кивнул.   –   Значит,   этот   псих   орудует  лет с двадцати. Можно сказать со школьной скамьи. Опасный  тип.   Может  стоит подключить  ещё  кого-то…
- Ни в коем случае!  –   оборвал его Майкл и объяснил ему ещё раз суть этой проблемы, после чего тот замолчал.
  Я глянул на часы, висевшие над камином. Майкл перехватил   мой   взгляд.    Туда   же   посмотрел   и   Феникс.  Мы     удивлённо переглянулись. Часы показывали 19.00.  Значит, мы сидим уже более шести часов.  У  меня  ёкнуло  сердце.  В самом ближайшем  будущем  меня  ждала  моя  квартира,   подъезд и, разумеется,  Джонни Харнчек, который наверное места себе не находит, мол, куда это я подевался.  "Наверно  заходил ко мне. И не раз" Я посмотрел на пистолет и от сердца как-то отлегло.
- Пора выдвигаться. Ноэл ты как?
- В  порядке, –  соврал я,  уже  профессионально.  Так что Майкл ничего не заподозрил.  
- Значит так Феникс.   Адрес знаешь.   У  "Койота".   Через полчаса.   Со своими "инструментами".
- Добро.
- Ноэл,  – обратился ко мне Майкл. –  Я  тебя  подкину  до  бара,   или   даже   раньше   высажу.   Вернёшься  домой пешком,  как  и  ушёл.   Мы с Фениксом будем  следовать за тобой.   Вот мобильник. – Он протянул мне телефон. – Мой номер знаешь. Поехали.
  Передо  мной  снова поплыли те же улицы, те же деревья. Даже прохожие и те мне  показались  теми  же,  что  встречались  по дороге к Майклу.   Словно прокрученное обратно кино: я увидел бар "Койот",  перекрёсток,  где-то там, среди деревьев,  машин,  неоновых реклам и прохожих, возможно, скрывается Харначек.  Но  вот перед моим взором действи-тельно открылась пятое авеню. Вот и перекрёсток. "Койот".    Мы   въехали   на  стоянку.   Во  внутреннем   кармане моей куртки лежал пистолет, и я потрогал его. Увидев это, Майкл произнёс:
- Смотри, не наделай глупостей Ноэл. – Может он и жалел   где-то в глубине души, что дал  мне  оружие,   но виду не  подал.  –  Эта игрушка очень опасна.
- Не волнуйся Майкл. Я постараюсь.
- Ты уж постарайся.
    Полчаса,  отпущенные  Майклом  Фениксу,  истекали,  но  того всё не было. Я глянул на окна "Койота".  С этой стороны находились  производственные  помещения.  В одном из широких,  стеклянных  экранов,  появился  огромный  повар в белом халате и колпаке.   Было видно, что  он  над чем-то  нагнулся.  Через мгновение над его колпаком взлетела рука  с топором  и с  силой   обрушилась  на  что-то  лежащее  на столе. Потом ещё раз и ещё.  На  секунду  мне  показалось,  что  одновременно  с  одним  из ударов он повернул голову  ко мне,  и я увидел  лицо  Харначека.   Но  видение  тут  же  исчезло,   а повар  по-прежнему   орудовал  за   стеклом.  Я  заёрзал на сидении, отбрасывая от себя эти кошмары и надеясь  что  Феникс  не  приедет  и  операция   сорвётся.  Но  Феникс  приехал,  сокрушив  тем  самым  все мои  надежды.    Выскочив из джипа,   он  в  мгновение ока оказался у  опеля и ввалился на заднее сиденье.  В руках он держал небольшую сумку.  
- Вот и я.
- Ноэл,   –   обратился  ко  мне  Майкл.  – Номер телефона помнишь?
- Да. Он на визитке, вместе с адресом.
- Она у тебя с собой?
- Нет.  
- Так о чём ты думаешь?!  Дай мобильник.
  Он взял трубку, и что-то быстро набрал.  
- Вот.   Теперь  порядок.  Это  быстрый  набор.   Нажмёшь тройку.  Один раз.   Дозвонишься сразу ко мне. Нажмёшь двойку, попадёшь на Феникса.  
- Я понял.
- Хорошо Ноэл. Теперь,  давай, иди и ничего не бойся. Мы рядом,  –  сказал  Майкл  и я вылез  из машины.  На  моё место тут же пересел Феникс.
   Отойдя на несколько шагов, я оглянулся.  Через  лобовое  стекло  опеля  на  меня  смотрели  Майкл и Феникс.  Я  чуть  было не  решил вернуться и обсудить ещё  что-нибудь.   Но  Майкл  кивнул,  и я продолжил свой  не лёгкий путь к  дому.    Подходя  к  первому  повороту,   я  ещё  раз оглянулся.   На  этом  расстоянии  уже  нельзя  было  увидеть ни  опеля,  ни людей,  сидящих в нём. Я повернул за угол.  

Вот прицепился!       9992.jpg
Зарегистрирован

Нет в мире силы, сильнее силы тока.
MAn
[Человечище!!!]







Пол:
Репутация: +403
Re: Рассказы друзей
« Ответ #6 от 21.01.2011 в 20:56:37 »

"Всплыть по рубку!" - гаркнул Харначек, и макваки засуетились, забили ногами и руками, выталкивая огромную тушу длинноволосого гиганта на поверхность моря.
Высунув голову из воды, фыркая и отплевываясь, Джонни осмотрел окрестности. Примерно в двух кабельтовых от места всплытия золотился и пенился в прибое женский пляж. Острый взгляд наблюдателя отметил присутствие на песочке пляжа нескольких смуглых тел приятной формы, разбросанных тут и там в красочном беспорядке.
Радостно заржав, Джонни хлопнул по плечу старшего маквака Сира Дороша:  "Молодец, штурман! Вывел прямо на группу целей, чичас мы их торпедируем!"
И весело заорал: "Макваки, переходим в надводное положение!" Выполняя команду, макваки рванули Харначека вверх, и он стоймя поднялся из воды в туче брызг - широкоплечий обнаженный атлет, весь покрытый шрамами,  напоминающими отпечатки губ.
"Бомбу мне!" - расторопный Сир Дорош сунул Харначеку в левую руку шарообразный предмет, чем-то похожий на маринованную человеческую голову.
"Ракету!" - ещё одну штуковину, сверкнувшую на солнце красноватым отблеском окровавленного топора, вложили мокрому, отливающему медью, гиганту  в правую руку.
"Черти!  Самый полный вперёд!" - взорвался Харначек оглушительным грохотом своего громоподобного голоса. Макваки энергично, в возрастающем темпе заработали всеми конечностями, и помчали своего патрона к желанному берегу.
Похожий на Нептуна великан Харначек нёсся к берегу, вспенивая волны и оставляя за собой широкий кильватерный след.
"Ба-а-а-бы-ы-ы!  Го-го-го-го... " - ревел Джонни, как океанский лайнер, и размахивал бутылкой розового шампанского.  "Я-а-а-а-а   и-ду-у-у ... !!!" - крепко прижимая левой рукой пудовый неимоверно спелый арбуз.
Зарегистрирован

Sir-Dorosh
[Черный Археолог]
Прирожденный Джаец

Инженерные войска




Пол:
Репутация: +242
Re: Рассказы друзей
« Ответ #7 от 22.01.2011 в 02:36:26 »

2MAn:  
: lol :
 
Немного о Макваках :
 
 
           МАК-ВАК
 
     
 
         1.
 
   Эта картина  была не большого размера,  но  для  нашей  квартирки на четверых,  она была  огромной.   Я  повесил  её  в  зале,  среди  множества  других.  Люблю  искусство и стараюсь  себя  им  окружать.
    Я  пишу   эти   строки  и  надеюсь,    что  кто-нибудь   их   прочтёт.     И   что  для  этого  кого-нибудь   они   будут  предупрежденьем.  У меня мало времени, поэтому я  сразу перейду к делу.  
   Стоял декабрь 2006г. и все люди готовились к великому празднику.   В их числе был и я.  Голова  забита  мыслями о семье и о подарках  самым дорогим  людям.   Я,  Стефан Ван-Дейк    –   неизвестный   журналист,    долго  бродил в заснеженном  лабиринте  своего грязного   города,  прежде  чем наткнулся  на это чудовище.    Но,  в тот момент я так не   считал.     Это   было   полотно   неизвестного   автора.  Совершенно    новое   для   меня.  Это  не  был   шедевр. Несомненно,  его  создатель  мой  современник,   ибо  даже с  расстояния  двух   метров  чувствовался  запах   этих волшебных красок.
 
 
 
   Моего   сына   зовут  Майклом.   Впервые  он  рассказал  мне  о чудовище  пять  лет назад. Разумеется,  я не придал этому никакого значения,  но,  чтобы  не обидеть сына,  со всем согласился, пообещав сделать всё,  что в моих силах.  
  Детские страхи   –   у кого не было этих проблем?   Я  мог его понять.
  По  долгу  службы   мне   приходилось часто   разъезжать  по  всему  свету,     причём   никакого   удовлетворения  от  этих   малозначительных   разъездов  я  не  испытывал.  И было от чего. Ван-Дейка всегда использовали как пробку.   Но,  как бы там  ни было,    роль пробки всё же приносила кое-какие доходы  нашей  семье.   А  с  этим   приходилось считаться.    Из  двенадцати   месяцев  в  году   шесть-семь  я отсутствовал, оставляя маленького Майкла на попечении Лизы –  моей дорогой жены.   В  свою  очередь,  втайне  от неё, я всегда просил Джона – моего друга,  присматривать  за моей  семьёй в моё отсутствие. Это был друг, и я всегда  чувствовал   себя  спокойно  вдали  от  родины,  вдали   от своих самых близких.
  Годы шли,  и Майкл рос.   Отсутствуя дома  так долго,  я  видел эти перемены весьма отчётливо. Хотя    еженедельные   звонки (когда это было возможно),  давали почувствовать  становление  его  голоса.   В общем, он взрослел и был уже  во втором классе десятой школы имени Джона Кеннеди.    
   В  этот  раз   меня  занесло  в те первобытные,   снежные  просторы    Антарктики  из  которых,  что  бы  выбраться обратно, нужно очень постараться.   Я уже ложился спать, когда  мне  вручили  это  письмо от  Джона.   Дочитать  до конца   я   не  успел,    так  уже  после  первых  строк  меня сковал страх.  
  Лиза исчезла.   Там,   в далёком  Нью-Йорке,  неизвестно куда и как исчезла Лиза.   Так   писал   Джон.    Исчезла  в прямом   смысле.    Ни   весточки,   ни  письма.    Просто в один прекрасный день её  не  оказалось  в  своей  комнате. Утром    Майкл,     как   обычно   собирался  в  школу,   но завтрака   почему-то   на  столе   не  стояло.   Телевизор на кухне молчал, как и весь дом. Казалось, он  настороженно  чего-то выжидал.  Майкл прекрасно помнил, как вечером мать  зашла  к  себе  в  комнату,   не  забыв  пожелать  ему перед   этим  спокойной  ночи.   И  вот,  сейчас  никого. Он быстро осмотрел все комнаты  – пусто.   И уже спустя  час дядя  Джон сидел  у него  на  кухне  в  ожидании  полиции.   Далее  Джон  писал,   что  пока  переехал  к  нам  и  что  он надеется на моё мгновенное появление.  Эти строки  я уже читал  в  пути.   Пять  недель   нам  понадобилось,  что бы  добраться  до искомых земель,   погребённых   под тонами  льда.   На  обратный  путь  ушла  неделя.   Они  встретили  меня в аэропорту. Бледный Джон  и  напуганный  Майкл.   Мы  молча  ехали.   Прижимая  сына  к  груди,   я  слушал  доводы  Джона,  а сам думал.  «Куда могла исчезнуть Лиза?    Другой мужчина - отпадает. Так как только даже последний идиот    в   Нью-Йорке    знал,   что   не   сыскать   такой благополучной и счастливой семьи.    Она была преданна мне, как и я ей. Но тогда что?»
- …вряд  ли  это  похищение…  -  Продолжал Джон и его слова,   как сквозь вакуум, доходили в моё сознание.  –  Ты  не настолько  богат,  что бы сорвать с тебя выкуп. И об измене речи не может быть. Больницы и… извини,   морги,     проверены.   К счастью  там  ничего.   Просто мистика.
- С    её   поразительной    стабильностью    и   домашней  усидчивостью  я скорее   поверю в то,  что  я  не женат, чем во всё это.
  «Мистика»,  я продолжал думать.  «В  это-то  я точно  не поверю.   Всему  на   свете   есть  фактические    объяснения.  Кому, как ни мне – журналисту знать, что такое мистика».
  За  окном  проносились  мрачные муравейники Гарлема.   «Уж в этих-то задымленных кварталах, точно не  удивились  бы  всяким  подобным   исчезновениям. Здесь скорее удивятся появлению кого-либо». Джон выкрутил руль и его новенький, блестящий форд свернул в очередную Гарлемскую пещеру.   Он молчал.    Видимо ему больше нечего было придумать. Я прервал его молчание своей просьбой.
- Джон.   Мне   было  бы   намного   легче,    если  бы  ты  остался  с нами.   Со  мной и с Майклом.   На  какое-то  время…   -   мне хотелось,  что  бы  в доме  были люди, которым   можно   было  бы   поплакаться  в  жилетку.   Именно так  это и  называлось.   –    Неделя, дней пять. Не больше.  –  Вымучил я,  в конце концов.
- Ну, разумеется, я поживу вместе с вами.  Я и сам хотел тебе это предложить.  
   День  близился  к  концу,  когда мы подъехали к нашему   дому.  Его уже давно следовало бы подкрасить.  Да и перила следовало бы починить.  Мы  прошли  на кухню и,  молча уселись  за  стол,   тупо в него уставившись.   Обычно  еду готовила    Лиза,   а  нас  хватало  только  на   гамбургеры  и   хотдоги.    Теперь   стол   был  пуст.   Тишину   прервал телефонный звонок. Звонил Хендрикс – детектив со стажем. Он ехал к нам и обещал быть минут через сорок. Наконец  до  меня  дошло,  что  находясь  в пути   столько  времени,   Майкл   должен  хотеть  есть.    Спустя   несколько  минут  мы всё в такой же тишине ели.   В холодильнике,  благодаря стараниям Джона,  хватало всего. В том числе и  хотдогов.   Поужинав,   все перешли в гостиную и стали   дожидаться   Хендрикса.  Тишина  нещадно давила  и в  ушах появился знакомый звон.    Я  уже решил   включить телевизор, как вдруг раздался тихий голос Майкла:
- Это МАКВАК.
  Ни  я,  ни Джон не произнесли ни слова,  поражённые  не  известно чему. Пытаясь переварить только что сказанное  Майклом,  я посмотрел на Джона, ища ответа. Тот был не менее озадачен. Я пришёл в себя первый.
- Майкл, что ты говоришь?
- Это МАКВАК.
- Я слышал. Но что это значит?
- Он унёс маму.
- Кто?! – Я и Джон с ужасом переглянулись.
   «Майкл что-то  знает. Какой-то  «маквак».  Где-то я уже слышал это слово?». Я пытался вспомнить. В голове что-то сидело, но никак не хотело выскочить. Джон задал вопрос Майклу:
- Майкл, разве к маме кто-нибудь приходил,  пока папы  не  было?   Почему ты мне раньше об этом не говорил?
- Эта была наша с мамой тайна.
   В  тот  момент у меня  потемнело в глазах.   «Милая Лиза.    Дорогая,   как   же   так?»,    я  посмотрел  на  Джона.    Тот сочувственно молчал.  Лучше бы он хоть что-нибудь сказал.
Я спросил:
- И как давно это происходило?
- Давно. МАКВАК приходит тогда, когда захочет. Ночью.
  И опять. Это «маквак», произнесённое Майклом, заставило  что-то шевельнуться у меня в голове.
- Ужас.    –   Мне  становилось всё хуже,   и  я  хотел  уже  подняться за водой, когда следующие слова пригвоздили меня к креслу.
- Папа, ты ведь это знаешь. Зачем спрашиваешь?
   И тут я впервые подумал о том, что Майкл болен.  «Знаете.  Психологическая травма, шок, что-то такое».   По крайней мере,   его  слова  говорили  об  этом,   хотя   внешний  вид казался нормальным.  Мы снова переглянулись с Джоном,  как бы давая понять друг другу,  что Майклу  необходима помощь,  поддержка.  Потерять  неизвестно где мать – это любого выбьет из колеи.  Тем более десятилетнего мальчика.   Надо  было  что-то сказать, и я попытался:
- Ты уверен Майкл, что я что-то знаю?
- Да, папа.   МАКВАК – это тот ужасный горбун-карлик из леса на картине,  которую ты  купил.   –    И  Майкл указал рукой на картину,  которая  висела  на одной из стен.
   И тут я всё вспомнил.  Вспомнил.   Вот где я слышал это «маквак».    Это   слово  произнёс Майкл.   Давным-давно.  Он  только-только  учился   говорить,   и это слово было в числе первых им произнесённых.   На протяжении последующей жизни  Майкл раз или два пытался что-то ему рассказать. Но   всё   было  принято   за  детскую  фантазию,  каковой, естественно,    и  должно  было  быть.    И  вот  теперь  под давлением  возникших,  ужасных  обстоятельств и страха, фантазии Майкла вновь им завладели. Я искоса взглянул на  Джона.   Тот всё так же понимающе смотрел и молчал. На лицо была явно психологическая травма. И Джон, как никто другой, понял, что у его друга, т.е. у меня,  наряду с проблемой  исчезновения  Лизы,   появилась ещё  одна, не менее ужасная. Да. Правильно говорят «Беда не приходит одна».  
- Да, Майкл.  Ты прав.   –  Я начал прощупывать почву. С   сыном нужно было вести себя очень и очень осторожно. Иначе срыв неизбежен. Подобное в наше время случается часто. Я продолжил.  -  Я уже давно хочу вышвырнуть эту картину.  – И уже было собрался сорвать её со стены, но тут меня остановил голос сына:
- Что угодно, только не это…  -  Почти с мольбой прошептал побелевший  Майкл  и  посмотрел  на меня.  Мои руки отпустили картину, и она, слегка  раскачиваясь, вновь замерла.
- Конечно  Майкл.   Пусть висит.  –  Я перевёл взгляд на мрачный, выцветший пейзаж.
  «И как только мог  я  такое  купить?   Погоня за дешёвкой? О, как это на меня похоже.  Три доллара.  Как сейчас помню. Одна  рама  стоит  в десять  раз  дороже…  но видимо тому бедняге позарез нужны были деньги.   Нет, раму я,  пожалуй, оставлю.  Но вот, холст, несомненно, ждёт помойка».    
   Целый   квадратный  метр  лесной  слякоти   и  снежной грязи, кучи сосен и… всё   –   вот  весь пейзаж.   Художник явно забыл, что такое радость, смех и счастье.  Этим здесь и не пахло. «Странно. За все эти прожитые годы,  пока эта картина    висит  на   стене,   я взглянул  на  неё  второй  раз. Первый раз был при покупке.   Семь лет  –  и только два раза. Ну,  может быть три.  Видно такова цена трёх долларов…» Мои размышления опять прервал голос сына:
-     Я  пытался    тебе   рассказать,    но   выслушать   меня согласилась только мама. Если бы ты был с нами…  -  Он отвернулся и посмотрел в окно.   - … возможно вместе мы бы что-нибудь и придумали.
  «Бедный Майкл»,   думал я   «Неужели  та  убожественная работа,  которой  я  занимаюсь,  того  стоит?»   Моя  вина обнажилась,    и  мне   совершенно   нечего  было  сказать. Оправданий  от  меня  не  ждали. Майклу  нужна  была помощь. Но, не та, которую мы с Джоном хотели  предложить. К несчастью я об этом я тогда не знал.  
  Хендрикс приехал через двадцать минут.  Этого времени нам хватило, что бы Майкл успел нам всё рассказать.  По окончании рассказа мы с Джоном уставились на картину. По   сути  ничего  страшного  она собой  не  представляла. Бежевая  стена  и  грязный  квадрат  пейзажа  в центре её. Вот  вроде бы и всё.   Конечно,   если подойти  поближе, то проявится детализация.  Майкл утверждает, что это проём, вход в мир МАК-ВАКа.  Эти сосны,  напирающие  друг на друга.  Не спорю  –  самый   настоящий,   дремучий  лес  и, конечно же,  в реальности не хотелось бы по той тропинке, пронизывающей   этот   лес  и  заканчивающейся  где-то у неясной линии горизонта.   Да и этот карлик, или как там его – «маквак». Встретится такой на пути, да ещё ночью – в штаны наложишь.  Так то это так. Но это же просто холст. Картина. И все эти мысли по воде фантазией писаны.
  Появившийся Хендрикс  сразу взял быка за рога.  На  стол легли адреса всех наших  с Лизой знакомых.  И спустя час все  эти  люди   были   отсортированы  на  друзей,  врагов, предателей и т.д. хотя раньше я никогда их и не подразделял. Видно влияние детектива и  Джона  оказало своё  воздействие. Хендрикс похлопал меня по плечу,  такие всегда хлопают, и сказал:
- Стеф.   Дня  не  пройдёт,  и  мы  будем  сидеть  у  тебя в столовой,   а  Лиза  будет колдовать у плиты.  –  Тут он перевёл взгляд на Майкла. – Кто это там у нас притаился?
  Услышав эти слова,  мальчик  вздрогнул и повернулся к нам.   Через  секунду  он  уже  подскакивал   до  потолка  в могучих руках Хендрикса, а тот продолжал:
- Ну,   будущий супермен?   Когда на работу?   Злодеи не дремлют. Но мы им зададим жару. А? Майкл, зададим?!
- Зададим.
- Зададим, зададим!!!   –   и  они  вместе  закружились по комнате, выискивая спрятавшихся бандитов.
  Я повернулся к Джону.
- Ну. И что ты на это скажешь?
- Мы ведь не полицейские.  –  Ответил Джон.   –  Думаю надо  немного  выждать.   Хотя  бы  день.   Глядишь что-нибудь да прояснится.  
   Из гостиной раздался звук разбитого стекла,   после чего на мгновение возникла тишина,  и раздался  тихий  шёпот двух    заговорщиков-детективов.   Видно  Хендрикс  учил Майкла, как можно  легко  оправдаться  за побитую  вазу, или что-то там ещё.
-     Надо осмотреть дом. – Сказал я. –  Может Лиза оставила записку или что-нибудь ещё.    Я понимаю,   что полицейские всё здесь обшарили, но всё же.
- Не знаю Стеф, чем я тебе помогу. Как-то не удобно мне обыскивать ваш дом. Может лучше ты сам, а я посижу с Майклом.
- Наверно ты прав.  – И оставив их в гостиной, я поднялся в нашу с Лизой спальню.
   В отличие от внешнего,  внутренний  вид дома если и не блистал,   то уж во всяком случае,  имел свои достоинства. В спальне всё было убрано и аккуратно.  «Слишком аккуратно. Видимо полицейские не утруждали себя запоминанием мест, где  стояли  те  или  иные вещи»  даже  отсутствуя  дома  по шесть, а то и более месяцев,  я сразу же уловил перемену в обстановке. Перед моим последним отъездом всё выглядело иначе. Не намного, но всё же. Не зная чего искать, я бесцельно осматривал родные  вещи.   Почти все они приобретались совместно, во время моих коротких отпусков.   Лиза  ничего не покупала одна.    (Разумеется кроме самого необходимого). Даже   если   вещь  ей  очень  нравилась,    она  всё   равно дожидалась   моего   возвращения. И  только  тогда  мы совместно,    прихватив  с  собой  Майкла,   выбирались  в магазины. Бесконечное число раз я ей говорил: «Покупай всё,  что тебе нравится  и всё что захочет Майкл – всё, что вы оба хотите  должно  быть  в нашем доме.  Не жди меня. Ты же знаешь, что я полюблю всё, что полюбите вы».   Но Лиза и слушать ничего не хотела.   И всё было по-прежнему. Благодаря такой женской тактике у меня всегда  создавалось впечатление, что я никуда не уезжал.   Но это только у меня. «Каково же было Лизе и Майклу?»   я открыл верхнюю полку ночного столика.  Он был доверху набит всякими женскими причиндалами.  Поглазев на всё это богатство, я задвинул полку.
- Что я ищу?  –  спросил я не известно у кого,  как  будто стены могли мне ответить.  Упав на кровать, я уставился в потолок. «Да. Шерлок Холмс с меня не важный»
   Близился  вечер и за окном стемнело.  Послышался звук отъезжающей   машины.   «Видимо Хендрикс»,  пронеслось у меня в голове. «Забавный человек. Такого ничего не сломает. Кажется, навали на него все людские невзгоды и проблемы, а он только засмеётся и ободряюще похлопает  тебя по плечу. После чего скажет свою коронную фразу:  Дня не пройдёт, и эта проблема станет перед нами на колени!»  Обычно  день проходил.   Могло два и  больше.    Но в тот момент, когда его  рука ложилась  к  тебе на плечо,  ты  чувствовал  себя спасённым.
   Полежав  ещё не много,  я понял,  что  бесполезно что-то искать.   А  лучше,   как  Джон  и  сказал,   положиться  на полицейских и Хендрикса.   Эти  ребята  знают, как за это взяться.    Лучше  со  своими  поисками  и  домыслами  не путаться  у  них под ногами.   Размышляя  таким  образом над всем случившимся, я и сам не заметил как уснул.
 
           2.
 
  Проснулся  я от того,   что кто-то  тихонько  дёргал  меня  за  руку.   Открыв глаза, я увидел Майкла.   Его испу-ганное лицо мигом  сбросило  с меня весь сон.
- Он идёт. – Произнёс Майкл чуть не плача.
- Кто идёт? – ничего не понял я. – Кто идёт Майкл? Где Джон?
- Дядя Джон спит. Пошли скорее папа…
  Я  быстро   встал  и  пошёл   вслед  за  сыном.    Спуска-ясь  по   лестнице, я повторил вопрос:
- Майкл. Кто идёт?
- МАК-ВАК.  –  И он ещё быстрее потянул меня вниз. –  Скорее.  Иначе будет поздно папа.
  Мы прошли в гостиную,  и Майкл подвёл меня к стене,   на которой висела та  картина.   Стояло утро,   и  солнце   постепенно   наполняло   светом  всю комнату. Всё было по-прежнему,  и я не понимал,   что так напугало Майкла. На картине  ничего не изменилось,  и я вопросительно  посмотрел  на  сына. Тот  с  ужасом   смотрел  на  картину и,  подняв  руку,   указывал  на мрачный пейзаж  в  рам-ке.    Я  проследил  за  его  рукой.   Полчища   огромных  елей по-прежнему  со всех сторон  наседали  на  снежную  поляну и на  тропинку,  ведущую к горизонту. Техника не известного художника, на мой взгляд, не дышала талантом и все детали имели какой-то странный не объёмный вид. Казалось, что всё изображённое лежит в одной плоскости. Как декорации в театре. Там тоже деревья, кусты, лес, выполняются на больших листах фанеры.  Я продолжал смотреть и тут я увидел то, от чего моё сердце подпрыгнуло. Там, нам горизонте, где еле-еле можно было разглядеть тропинку, но её всё же можно было различить. Там, с одной стороны густого, елового леса, что-то быстро пробежало через тропинку и исчезло с правой стороны леса. Это произошло так быстро, что я не поверил своим глазам, но я, со всё нарастающим ужасом, продолжал смотреть в тусклую, картинную даль. И я не ошибся. Через секунду это что-то снова перебежало обратно, но уже гораздо ближе к нам. Там что-то было. Минуту мы с Майклом наблюдали за этой чертовщиной. За минуту «это» перебежало тропинку раз двадцать и увеличилось в своих размерах вдвое. Теперь я мог уже разобрать – то, что там двигалось, несомненно напоминало человека. Нет, я не скажу, что я увидел ноги руки или что-то там ещё. Нет. «Это» было ещё слишком далеко, у горизонта. Но одно я знал точно. Так может двигаться только человек.
- Это Мак-Вак.
  Постепенно до меня дошёл смысл слов Майкла. Как ни странно я принимал это явление на удивление спокойно. Я не орал и не сходил с ума. Кроме того ледяного страха, что засел где-то у меня в сердце, я ничего не чувствовал. Я был поражён и озадаченно спросил сына:
- И что же будет дальше? Ведь как я понимаю то, что там движется на горизонте – это МАК-ВАК и он дви-жется к нам. И что будет, когда он добежит к этому, как ты говоришь, входу. – Я кивнул в сторону карти-ны.
- Он появится за входной дверью.
- А дальше?
- Дальше я не знаю. Я всегда успевал перевернуть картину.
- Перевернуть?
- Да. Это его возвращает, откидывает назад. Он падает обратно к горизонту. После чего опять будет бежать.  
  Мы посмотрели на тропинку. МАКВАК был ещё далеко, но уже гораздо ближе, чем раньше. Уже можно было раз-личить его остроконечную, с широкими полями, шляпу и огромное, горбатое тело, укрытое длинным, чёрным плащом. Он странно передвигался. Эта была не ходьба и не бег, а короткие, маленькие прыжки, но настолько быстрые, что казалось что он бежал. Этот карлик доходил своим ростом почти до половины высоты елей, а кончик его шляпы достигал их вершин. В момент, когда он скрывался в лесу, этот кончик прыгал над морем чернеющих верхушек, выдавая таким образом присутствие Мак-Вака, и исчезал где-то за пределами картины. Но не проходило и пары секунд, как кончик появлялся,  и МАКВАК снова перебегал тропинку, но уже на несколько метров ближе. Я прикинул расстояние от нас места, где я впервые заметил горбуна. «Километров десять. Не больше. И четверть из них он уже пробежал. За каких-то пятнадцать, ну может двадцать, минут. Значит, здесь он будет через сорок-пятьдесят минут».  
- Майкл. А если сорвать картину?
- Только не это. За ней проём. Я уже пробовал. Проём сразу увеличивается, растёт. Я как-то просто пробовал приподнять один угол картины и сразу же в этом месте проём начал расширяться.
- И как долго это происходит?
- Уже пять лет я отбрасываю его к горизонту. Впервые я увидел его, когда был очень маленький. Тогда он вылез. Вы спали. Он протиснул ко мне в комнату свою огромную голову прямо через окно. Но она была так огромна, что попросту вся не влезла. Но его нос и подбородок почти касались меня. И тогда он сказал одно слово - «МАКВАК». Потом я закричал. Включился свет и вошёл ты. В комнате и в окне уже никого не было. Но я знал, что он где-то там, рядом, у стен дома.  С тех пор он стал часто влазить ко мне, надеясь, что вы поставите мою кровать поближе к окну. Но этого, на моё счастье не происходило. Если ты помнишь, моя кроватка стояла как раз напротив этой ужасной картины. Вот он и приходил. Где бы я не был, он был везде. Если эта была кухня, то он был в окне. Всегда, когда вас не было рядом, он пытался добраться до меня. Если это была ванна, то даже там он не оставлял меня в покое и я видел его огромный, жабий глаз в маленьком окошке. Он всегда следил за мной, видимо подыскивая подходящий момент. Пока в один прекрасный день мама не решила перевесить картину. Никакого проёма тогда не было. Только не давно я понял, что только тот кто знает о нём может его от-крыть. Так вот после этого перемещения картины он исчез. Целых два года он был рядом и вдруг исчез. То, что в этом сыграло роль перемещение картины, я понял тоже недавно.  
 
: asthanos :
Вот прицепился!       9991.jpg
Зарегистрирован

Нет в мире силы, сильнее силы тока.
MAn
[Человечище!!!]







Пол:
Репутация: +403
Re: Рассказы друзей
« Ответ #8 от 22.01.2011 в 03:11:58 »

Ну, вишь как я про ма-кваков угадал :)
 
Но, я бы переиначил:
 
Бойтесь макваков, обтянутых бархатной кожей,
С сурмлёными изящными бровями,
Звенящими серёжками ушами,
Ногами, порхающими перед вашею грубою рожей.
« Изменён в : 22.01.2011 в 03:14:01 пользователем: MAn » Зарегистрирован

Sir-Dorosh
[Черный Археолог]
Прирожденный Джаец

Инженерные войска




Пол:
Репутация: +242
Re: Рассказы друзей
« Ответ #9 от 22.01.2011 в 03:18:07 »

2MAn:  
В точку : grobovschik :
Вот прицепился!       65.jpg
Зарегистрирован

Нет в мире силы, сильнее силы тока.
Sir-Dorosh
[Черный Археолог]
Прирожденный Джаец

Инженерные войска




Пол:
Репутация: +242
Re: Рассказы друзей
« Ответ #10 от 25.01.2011 в 09:49:07 »

  6.    
 
   
   Никогда  ещё  в моей  жизни  время  так быстро  не шло.   Я  замедлял  шаг,  старался   обойти    каждый   переулок,  прежде  чем  попасть  к себе  во  двор. Только бы оттянуть его приближение.   Но  он неумолимо  приближался.  И вот вдалеке  я увидел  это  мрачное,   девятиэтажное  здание.  В  лучах   уползающего  солнца  оно  представлялось  ещё более   зловещим.  Я  старался  разглядеть,  что  творится  у  подъезда,  но  было   ещё  слишком  далеко.   Движение  машин заметно  поредело.   Казалось,  они заезжали в эту часть  города только на секунду, чтобы быстро пронестись  и  покинуть  эту  странную   городскую глушь.   Но  всё  же  кое-какое    движение  было  и  здесь.   Немногочисленные прохожие  не  спеша  прогуливались,   но  им  не  было  до  меня  совершенно никакого  дела.   Я  же напротив, только  и  ждал встречи с ними, любого контакта. Но меня обходили  стороной.    Даже   маленькая,  облезшая   кошка  и  та  
шарахнулась  от меня,  когда я попытался к ней нагнуться.   Приближаясь  к  своему   подъезду,    я   снова     потрогал пистолет.  
  КОТОРОГО НЕ БЫЛО!!!  
  Я остановился, чувствуя, что если сделаю ещё один шаг, то рухну прямо на тротуар.  
  "Потерял!"  
пронеслось у меня в голове. Обернувшись, я посмотрел на облезшую  кошку,   нюхавшую   что-то  чёрное,   лежавшее у бордюра.  Мгновенно  сообразив,   что  это,   я  бросился   к  чёрному,    блестевшему   в  заходящих   лучах   солнца, предмету.   Быстро  засунув  пистолет  на  прежнее место, я огляделся.   Вокруг по-прежнему стояли мир и спокойствие.  Прижимая  рукой  куртку,  что бы,  не дай бог,  это не по-вторилось, я побрёл к подъезду.  
- Вам  плохо?   –  донеслось  до  меня  откуда-то  справа,  и я посмотрел в ту сторону.  
  Около   мусорного  контейнера  стоял  старый дед.   Весь  в  грязи и каких-то лохмотьях. В руках он держал большую  коробку  от телевизора.  Не  выпуская  из  своих  рук этого сокровища, он повторил:  
- Вам плохо?  
- Да дед. Мне плохо.  
- Сердце?  Такой молодой. Может скорую? –  он отставил коробку в сторону и подошёл ко мне.  
- Спасибо. Не надо. Это пройдёт.  
   Засунув  свободную  руку в брюки и на удивление что-то  там  нащупав, я протянул ему мятые банкноты.  
- Бери дед.  
- Спасибо добрая  душа,  но тебе и самому  не  помешает твоё богатство.  
  "Неужели я так плох?", подумал я и сказал:  
- Дед! Бери, говорю тебе. Или я их выброшу.  
- Сынок, миленький. Да что же ты? Присядь.  – Он указал на скамейку, приютившуюся невдалеке.  
  "Может и в самом деле присесть?"  
- Присядь-присядь, –  словно читая мои мысли,  прогово-рил  старичок.  
 Я молча двинулся к лавке и уселся. Дед поплёлся за мной и тоже сел.  
- Я много чего повидал на своём веку.  Весь  мир исколесил.  И вдоль и поперёк.  Этот город  не  тот,  каким  он был лет сорок назад. Да и какие там сорок.   Взять  хотя бы двадцать.  
- Угу,  –  сказал я, что б хоть как-то поддержать разговор.  
- Все  эти  дома.   Эти  деревья,   которых  тогда  ещё  не было.  Наконец,  эти люди  –  всё они дети новой эпохи,   в которую я   -   дряхлый старик,   по нелепости судьбы, случайно затесался.   Но, в тот момент, когда твоя рука потянулась  ко мне и ты,  держа на ладони эти бумажки,   посмотрел на меня.  Вот тогда я почувствовал,  что  эта  эпоха  не погрязнет  под слоем  грязи  и  злости,  и  что у меня,  возможно, есть ещё шанс увидеть её новой. Не из коробки,  что стоит  вон  там.   –  Он указал  рукой на картонный ящик возле контейнера. –  А с высоты птичьего полёта, из-за облаков, куда я вскоре собираюсь.  
   Услышав всё это, я внимательно посмотрел на деда. Тот  смотрел  куда-то  вдаль,    где  за   бетонными   зданиями,  устремлёнными ввысь, садилось огненно-красное  солнце.  Его свет  отражался  от старческого лица.  
   "Вот  этот  дед,  сидящий рядом  со мной,  сколько  он  прожил?   Восемьдесят, девяносто?   И всё же он хочет жить ещё.   Сколько  видел,   сколько чувствовал?  И всё же  он хочет ещё чувствовать  и ещё  видеть.  Пусть  даже  с той высоты, о которой здесь толкует. А я?  Мне двадцать восемь. Чего же хочу я? Да того же чего и   этот  дед!     Только  облака  должны  подождать.   Они  должны подождать!",   я   посмотрел   вверх   и  увидел   над  собой прекрасное  небо.  "Да.  Они  должны   подождать"  и я повернулся к деду,  что бы  сказать ему об этом.  
  Но деда уже не было  
  Странно.  Я  встретил  этого  деда впервые.  Никогда его раньше не видел. Или не хотел видеть?  
- Но   куда   он   исчез?   – я  огляделся.  
  Вокруг ни души. Около контейнера    по-прежнему стояла   коробка  от  телевизора, в которую пыталась вскарабкаться та маленькая, облезшая кошка.  
   Посидев  ещё не много,  я потрогал пистолет. Под плотной  тканью  куртки он  хорошо  прощупывался  и  я  встал, твёрдо решив,  что в ближайшем будущем  компанию  тому  деду на его облаках не составлю. Шагая под нависающими    девятиэтажными   громадами,    я  приближался  к  своему подъезду.  Проходя мимо песочницы, я заметил, что замок стоит, и его никто не разрушил.  Миновав  все  лестничные  проходы и площадки я вступил на свою. Дверь Харначеков угрожающе выжидала.  Она словно ждала,  когда я сделаю  шаг, что бы открыться и застигнуть меня врасплох.  
   "Фургона во дворе не было.   Значит Харначек где-то вне дома",    размышлял я. В этот момент ручка их  двери повернулась.  В   моей   руке  тут же,  словно  по волшебству,   появился  чёрный пистолет, нацелившись в сторону расширяющегося дверного проёма.   "Оружие только в крайнем случае",  вспом-нил  я  слова   Майкла.    "Не завали всё  дело".    Я  положил пистолет на место.  Дверь отворилась и в проёме показался Энди.  
- Мистер Ноэл, с вами всё в порядке?  
- Да. А где папа?  
- Он дома. Сейчас я его позову.  
  "Не  надо!"  –  чуть не заорал я,  но было поздно.  Мальчик с быстротой молнии скрылся где-то внутри квартиры.  
  Уже  оказавшись у себя в квартире и закрывая все замки, я услышал как за дверью, на площадке раздался громовой голос:  
- Энди!  Ты  говорил,   что  видел  здесь  мистера  Ноэла! И где же он?!  
 Я перестал дышать.  
- Иди  в  песочницу!  Не  дай  бог ты опять соорудишь эти свои чёртовы замки!  
   Я услышал, как с силой захлопнулась дверь и наступила  тишина. Мне показалось, что я слышу шаги Энди.  
  "Нет. Только показалось"  
  В  этот  момент  в  мою дверь осторожно постучали.  Мое сердце было готово выпрыгнуть из груди.  
- Мистер   Ноэл.   –    Донеслось   до   меня   из-за  двери шёпотом. – Откройте, пожалуйста.  
 Я молчал.  
- Мистер Ноэл.  
  Один раз я ему открыл.  С того  момента  вся  моя  жизнь  перевернулась  с ног  на голову.   Если  я  ему открою ещё раз не исключено, что моя жизнь вообще прекратится.  
- Мистер Ноэл, – умоляя, просил Энди.  
  И я открыл.   Быстро впустив мальчика  домой,   я тут  же закрыл за собой дверь  и прислушался.   И тут я почти физически   почувствовал,    как   гигант-маньяк  прислонился  своей волосатой  головой к моей двери.  Наши уши разде-ляло  лишь  тонкое, деревянное полотно и на этом пятачке  возникла такая плотная тишина, что казалось слышно,  как  движется    пыль   в   пространстве.   Я  начал  молиться и потянулся  к пистолету,   жалея,   что  не  успел   навалить  здесь  баррикаду. Но тут в подъезде что-то тихо щёлкнуло и послышался звук  закрываемой  двери.   Харначек  ушёл.  Вытирая  градом  стекавший  пот,  я кивнул  Энди,  что  бы  он  проходил  на кухню и сам проследовал за ним.  
-  Энди. Ты ничего  не  хочешь  мне  рассказать?  – словно в тумане я смотрел в окно на гаснущий в сумерках двор.  
- Вы боитесь моего папу, мистер Ноэл?  
- Да, Энди.  
- Я тоже.  
- Не бойся Энди. – Как я мог говорить ему это, когда сам дрожал от страха?  
- С вами я не боюсь.  
- Правильно. Здесь тебе ничего не угрожает,  – соврал я.  
  Энди    тоже   подошёл  к  окну  и  посмотрел  вниз,   где в песочнице огненным светом отливал замок, и произнёс:  
- Папа знает, что вы дома. И что я у вас.  
  Я в ужасе посмотрел на Энди.  
- Откуда он это знает?!  
- Он  видел, как вы пришли, а до этого сидели на скамейке  возле контейнера.  
- Ну а про тебя.  
- Не знаю откуда.   Но я знаю, что знает.   Он  всегда  всё знает.  
- Чем занимается твой отец, Энди?  – задал я следующий   вопрос  и приготовился услышать худшее.  
- Он убийца, мистер Ноэл.  
   Я почувствовал,  как по моей спине пробежали мурашки,   и волосы встали дыбом.  Не  сказать,  что  я не был подготовлен,  но услышать такое в упор и от двенадцатилетнего   ребёнка.  Я был  в шоке! Энди заплакал. Мало оставалось,  что  бы   вместе  с  ним  зарыдал  и  я.    Дрожащей   рукой я  достал  сигарету  и  закурил.   В  этот  момент  зазвонил  мобильник  у меня в кармане.  
- Алло. Ноэл?  Ты в порядке?  Почему не звонишь!? – это был Майкл.  
- Я только собирался, – запинаясь, ответил я.  
- У тебя точно всё в порядке.  
- Да. А что? – я посмотрел на Энди.  
- Голос у тебя дрожит, вот что!    Что случилось?  Говори быстро!  
 Я   собрался  с  духом.    "Была, не была. Мальчуган всё равно ничего не поймёт"  
- Наш клиент дома. И он уже предпринял кое-что?  
- Какой  клиент?!  Ты что не один дома!?   Кто-то  рядом?   Ты  не  можешь говорить?  
- Да.  
- Так.   А  сейчас  слушай  меня.   Не знаю,  кто там и что у   тебя    предпринял,    но  только  Харначек  со своим сыном сейчас подъезжает  на  своём  фургоне  к  подъезду.   Ты  меня слушаешь?   – у меня отвисла челюсть,   я посмотрел на Энди.  
- Да…  слушаю.  
- Так вот.   Мы  с  Фениксом  уже  битых  двадцать  минут торчим  здесь и  ваш  двор  у нас,   как  на  ладони.  Мы  видели   как  ты  чуть   не  потерял   оружие и  вошёл  в  подъезд.  Скажи, что тебя так  напугало,   и  ты  языком  не можешь пошевелить,  если  Харначек  только  сейчас входит в подъезд?  
- Майкл,    –  обречённым  голосом начал я. –  Я  слышал  через дверь голос Харначика пять минут назад. Клянусь  тебе.   А  его  сын  у меня и сидит сейчас передо мной.  
- Что?!! Ноэл! Его сын был вместе со своим отцом!!!  
  Тут в трубке послышался голос Феникса:  
- Нажрался. Так я и знал. А ты ещё ему ствол дал.  
- Заткнись!  –  оборвал  его  Майкл  и снова обратился ко мне.  
   Следующие слова я уже плохо понимал и тупо уставился  на чайник, начиная сходить с ума. В трубке кричал  Майкл,  а  Энди   встал и вышел из кухни. Я посмотрел ему вслед.  
- Ты куда?  
  Мальчик   ничего  не  ответил  и  зашёл в комнату.  Крики Майкла начали снова прорезаться в моё сознание:  
- Ты что оглох Ноэл?!  
- Нет, я тебя слушаю.  
- Может у тебя сидит его брат?  
- Нет.  У него нет брата.  Наверное.  
  Я гадал, что сейчас делает Энди в моей комнате. Слушая  Майкла,  осторожно подошёл к комнате и заглянул в неё.  
    ТАМ  НИКОГО НЕ БЫЛО.  

Вот прицепился!       1414451.jpg
Зарегистрирован

Нет в мире силы, сильнее силы тока.
MAn
[Человечище!!!]







Пол:
Репутация: +403
Re: Рассказы друзей
« Ответ #11 от 25.01.2011 в 21:38:44 »

Проснувшись утром, я долго гадал, что делает Харначек... точнее, что сделает с Харначеком Сир-Дорош в популярном сериале "Рассказы друзей".
Слушая внутренний голос, который бодро нёс какую-то чепуху про макваков с маринованными задницами, я встал, осторожно подошел к туалетной комнате и заглянул в неё.
ТАМ НИКОГО НЕ БЫЛО.
Зарегистрирован

Sir-Dorosh
[Черный Археолог]
Прирожденный Джаец

Инженерные войска




Пол:
Репутация: +242
Re: Рассказы друзей
« Ответ #12 от 26.01.2011 в 02:49:24 »

25.01.2011 в 21:38:44, MAn писал(a):
маквак

Вот они уже и до тебя добрались : maniac :
Вот прицепился!       978.jpg
Зарегистрирован

Нет в мире силы, сильнее силы тока.
Sir-Dorosh
[Черный Археолог]
Прирожденный Джаец

Инженерные войска




Пол:
Репутация: +242
Re: Рассказы друзей
« Ответ #13 от 26.01.2011 в 22:24:18 »

 
       7.  
 
   В старом,  сером опеле  молча  сидели вор и полицейский.  Солнце уже  почти  полностью  закатилось  за горизонт, и на город медленно  опускалась ночь.  
Майкл первым  нарушил тишину:
- Там что-то не так.
- Ещё бы.  Он  нажрался.  Это  ясно.   –  Произнёс Феникс и посмотрел на подъезд,  куда только что вошли Харначики.  
- Нет.  Он  трезв.  Но лучше был бы пьян.  –  Майкл  нервно  забарабанил пальцами по рулю.  
  Звонок   оборвался,   и  сейчас  в  трубке  слышались лишь прерывистые гудки.
- Надо   срочно  бежать  туда  пока  он не перестрелял  там  всех,   –  предложил Феникс.
- Спокойно  Феникс.  Он никого не перестреляет.   Пистолет  всего  лишь зажигалка без газа.
  Феникс удивлённо посмотрел на Майкла и сказал:
- Вот это правильно. Как я сразу не догадался. Но… Майкл, а если Харначек всё же маньяк…и Ноэл…
- Ты  же  только  что  кричал,   зачем  я  ему  дал ствол?   – Майкл ещё быстрее забарабанил по рулю.
- Но, мало ли что.  
- Если что,  так на это есть мы,  сидящие  в  машине  около его дома.
- По-моему    что-то    уже    произошло.   –   Феникс   снова   подозрительно     посмотрел    на   сверкающие   в   лучах   заходящего   солнца   окна   этого  странного  дома.
- Согласен. Но произошло это до появления Харначиков.
- Слушай.    Он  сказал,    что   слышал   голос    Харначика  старшего  на  площадке.    Допустим  это  можно  спутать, ладно.   Но,  Майкл,  как он мог утверждать, что сын этого  Харначика сидит перед ним у него дома?!
- По этой причине ствол у него сейчас не настоящий.  
- Так  что,  он сумасшедший?  Ты знал? Тогда что мы здесь делаем?   Что  я  делаю здесь?!
- Ты  здесь,  потому  что я так хочу.  –  Майкл посмотрел на Феникса и тот осёкся.   –  В  этом деле не  всё так просто.    Тебе надо увидеть этого  Харначека,  тогда  бы  ты понял, что я имею виду.   Да,  возможно  Ноэл сумасшедший.  Но  и  с  Харначеком что-то не так. Это я и пытаюсь выяснить. Там вообще, весь подъезд странный.  
  Феникс молчал.  Он уже где-то глубоко внутри  себя  понял,   что влез во что-то  опасное,  но это было так глубоко, что он не мог чётко  определить, что  же происходит.   Феникс знал,  что  Майкл  знает  намного  больше,  чем  говорит и от этого Фениксу стало ещё более не по себе. Он сказал:
- Ты мог бы мне сказать об этом и раньше.
- Раньше   я  и  сам  ещё  не  понимал  что  к  чему.  Честно говоря,  я и сейчас не понимаю.  Но кое-что  прояснилось.  Ноэл,  судя по всему, действительно сумасшедший. Но не будем спешить. Посмотрим,  что будет дальше.  
- Значит   та   голова   в   подвале   всего   лишь    больная     фантазия сумасшедшего.
- Я сказал, не будем спешить. Моя интуиция мне подсказывает,  что Харначек, совсем  не тот,  за кого себя  выдаёт.    И   голова  в  подвале возможна.   Ноэл  мог  сойти с ума.   Это да.   Но не исключено,  что у этого журналиста крыша поехала именно из-за этой головы в банке.  
  Майкл   снова набрал номер Ноэла.   На этот раз он звонил на домашний телефон.   Послышались  долгие  гудки.  Никто не отвечал,  и Феникс  заёрзал  на  своём  сиденье,  а Майкл сказал:
- Феникс.   Тебе   надо   идти  туда.  Мне  нельзя.    Но  нам  надо  знать,  что происходит в этом чёртовом подъезде.
- Но   Майкл.   –  Феникс был явно против этого решения.  – Лучше  мне остаться здесь.
- Представишься,  если что,  телефонным  мастером.   – Не слушая Феникса, продолжал Майкл.  
- Если что?  
- Если,   например,   встретится    Харначек.   Ты  его сразу  узнаешь, тем более, что видел издали. Или кто-то другой.   Вдруг  начнут  задавать вопросы.
  Феникс стал заметно нервничать.
- Может   у  тебя   есть   ещё   одна    зажигалка,   только  с  патронами.   Я не сумасшедший,  ты видишь.   Мне можно дать.
- Нет, Феникс. Оружие ты не получишь.  
- Ну,   хоть   нож-то  мне  можно  взять  с  собой?  – Феникс кивнул в сторону открытого бардачка,  где лежал большой нож Ноэла.
- Лучше не надо.
- Тебе легко говорить. Ты сидишь здесь, в машине.
- Ладно, бери.
   Феникс  спрятал нож  в сумку  с  инструментами,   и  Майкл   посмотрел   на звенящую сумку.
- Не знаю,  нужен  ли  тебе  нож.   Судя по всему у тебя там достаточно всякого разного.
- Такого не держим.
- Ладно. Давай дуй к Ноэлу и будь осторожнее.
   Феникс   вылез   из  машины  и   направился   к   подъезду.   Проходя   мимо песочницы, он с удивлением  посмотрел   на   выстроенный там замок.  Оказавшись у двери, он остановился,   и  оглянулся.  Майкл  по-прежнему   сидел  в  машине  и  знаками  давал  понять,   что  бы   Феникс входил.  И Феникс вошёл.
  Оставшись  один,  Майкл  снова  позвонил  к  Ноэлу.  И  тут трубку подняли. Это был Ноэл.  
 
 
 
 
 

Вот прицепился!       001k.jpeg
Зарегистрирован

Нет в мире силы, сильнее силы тока.
Sir-Dorosh
[Черный Археолог]
Прирожденный Джаец

Инженерные войска




Пол:
Репутация: +242
Re: Рассказы друзей
« Ответ #14 от 28.01.2011 в 09:54:19 »

 
         8.  
 
   Феникс  поднимался  по лестнице и размышлял  над  тем,  куда  он  влез.     Где-то   там  вверху  ждали  сумасшедший    писатель. Плюс ко всему ещё маньяк имелся.  "Скорее  всего - это лишь домыслы  полицейского",    думал  Феникс о Майкле,  который втянул его в эту историю. "А может эти психи наверху вообще действуют заодно. И теперь, довольные собой, поджидают   его - Феникса.  А  после  примутся  и  за  Майкла".   Он  ступился  на второй этаж, и тут  же почувствовал,  что позади его  кто-то  стоит и смотрит  ему в спину.  Феникс резко оглянулся, но в тёмном подъезде  трудно  было  что-нибудь  разобрать. На  секунду   ему  показалось,  что на площадке первого  этажа шевельнулось что-то горбатое.   Он  присмотрелся   внимательнее.   "Нет.  Показалось"   Но,  поднимаясь выше, он уже  не мог  отделаться от чувства необъяснимого соседства  за своей спиной.  
 "Там вообще весь подъезд странный "
вспомнил Феникс  слова  Майкла, поднявшись ещё на  один этаж.  Это был четвёртый,   а значит он на месте.  Он снова оглянулся назад на лестницу,  всё ещё ожидая,  что на него кто-нибудь   набросится.    Но  там  попрежнему  никого  не было.  Не  смотря  на это,  сердце  начало  биться  сильнее и в него стал вползать непонятный,  ледяной ужас.   Феникс  стоял  в  полнейшей  тишине.    Наступающая  ночь  давала  о себе  знать всё сильнее,  и подъезд  накрывало темнотой.   "Надо  было  включить   свет  в  подъезде",   пронеслось  у  него в голове.  Он  повернулся  к  двери  Ноэла  и хотел  нажать кнопку звонка, но тут одно обстоятельство совершенно его парализовало.   Дверь была полностью открыта и в её проёме виднелась человеческая фигура.   Свет в квартире был выключен, но даже в такой темноте Феникс мог понять,  что перед  ним  стоит хозяин квартиры.  Ноэл сейчас был перед ним и   молча  стоял.   Во всём этом проскальзывало  нечто  ужасное  и необъяснимое.   "Зачем   человеку  вот  так стоять и молчать?  Тем более в темноте",    с быстротой молнии пронеслось у Феникса в голове. Надо было на что-то решаться.  В этот  момент  Ноэл включил свет и произнёс:
- Входи Феникс. Сейчас я тебе кое-что покажу.
 
 
   Майкл   сидел   в   машине  и смотрел   на   виднеющийся   подъезд Ноэла,  куда  только  что вошёл Феникс.   Ему явно не понравилось,  то,  что он сейчас  услышал  по телефону.   Ноэл   сказал,   что  маленький  Энди  Харначек  бесследно исчез  из  комнаты.   Если  у  Майкла  и  были  сомнения  по поводу нормальности Ноэла, то теперь он полностью определился.  
- Журналюга  явно  сошёл   с  ума,    –    размышлял   Майкл  вслух.   –   Сначала  он   утверждает,   что слышал голос Харначека   старшего.   Потом   говорит,   что  сын  этого Харначека сидит у него в квартире прямо перед ним.  
   Майкл посмотрел на пустынную улицу. Солнце уже зашло и электрический  свет  уличных  фонарей   взялся  за  свою работу.  
- А теперь, он говорит, что мальчик исчез…
  "Даже  если  допустить.  Всего  лишь  на  секунду поверить Ноэлу и согласиться с его  первыми   словами,   то  в  таком   случае,   как  и  куда, исчез Энди из его квартиры?"   Майкл усмехнулся. "Бред.  Если такое допустить, то что же  ты  удивляешься  этому Майкл,   а тому,  что мальчик был вообще в  квартире,  нет.    Хотя ты сам  лично  его  видел  входящим  в  подъезд  вместе  со  своим   отцом".    Размышляя   подобным   образом,   Майкл   понял,   что  ни к чему не придёт, а только запутается.   Надо  самому  идти  туда  и  уже  на  месте   всё   выяснить.   Только   вот  одна  загвоздка. Существовал ещё Харначек старший.  Собственно  говоря,  ради  него  Майкл  это  всё и затеял.   Ему надо было выяснить: Кто такой этот гигант?   Но, чем дальше  он  влазил  в это дело,   тем более запутанным  оно  делалось.  Его размышления  прервал  телефонный   звонок.   Это был Феникс.
- Майкл? – его голос дрожал.
- Да.
- Тебе надо срочно зайти к Ноэлу.  Пожалуйста, быстрее.
  В трубке  послышался ещё чей-то голос.   Майклу  показа-лось,  что это Ноэл, но он мог и ошибиться.
- Быстрее  Майкл.  Иначе  я сойду с ума. – Чувствовалось, что Феникс готов заорать от страха и еле сдерживался.
- Феникс,   я уже бегу.   Что  случилось?   –   Майкл  бежал к подъезду,  прижимая  к  голове  плечом  телефон,  и на ходу проверяя пистолет.
  Но Феникс молчал, хотя и не отключал телефон.
- Феникс! – заорал Майкл. – Ты меня слышишь?!  
- Да.
- Что  случилось?!  – говоря это, Майкл  вбежал в подъезд  и  стал   быстро  подниматься  по  лестнице в полнейшей  темноте.   За  ним  тихо  следовало  что-то горбатое .  
  Феникс положил трубку.  В этот момент Майкл был уже на четвёртом. Дверь в квартиру  Ноэла  была открыта настежь и из неё бил яркий электрический свет. Направляя пистолет    прямо  в  этот   проём,   он   медленно   вошел  в  квартиру.  Планировка  была  простой:  маленький,   квадратный коридор,    из  него  налево   кухня,    а  прямо   -  единственная комната.  Майкл сделал шаг и осторожно заглянул. Комната  была не большой. Вдоль одной из стен стоял старый шкаф,  у противоположной  стены  красный,  добитый  диван,  пару тумбочек,  ковёр и люстра  –  вот в общем и все.   Но  была ещё одна  деталь  обстановки,   которая и привлекла к себе внимание Майкла.  Стол.   Небольшой,   круглый стол стоял в центре комнаты,  около дивана, на котором сидели   Ноэл  и  Феникс.   Этот  стол  был  самым  обыкновенным столом.   На обыкновенной ножке,  лакированный, хотя лак во многих местах уже стёрся,  обнажая  старое  дерево.  Всё это было подмечено Майклом в доли  секунды.   Но не это приковало его внимание, а то, что стояло на столе. Туда же  смотрели Ноэл и Феникс.   На  столе стояла  трёхлитровая  банка, а в ней лежала человеческая голова.  
  Майкл  в  ужасе   уставился  на  этот   кошмар.   Может  он и ожидал увидеть нечто подобное,  так  как  всё же не опускал  возможность  того,  что  Ноэл  видел в подвале.  Но не здесь!   Не в его квартире!  Да ещё на столе!   Во всём этом было что-то  дьявольское.   Майкл  осторожно  развернулся и закрыл  входную дверь.   После чего прошёл в комнату  и,  стараясь  не  смотреть  на   стол, подошёл к окну.
- Ноэл.   Это  та  же  голова?   – Майкл   стоял   спиной  к сидевшим на диване и смотрел в окно.
- Нет,  –  отрешённым голосом ответил Ноэл и далее продолжил Феникс:
- Майкл,    –   еле  выдавил  он.    –    Куда  ты  смотришь?   Посмотри  ты   наконец на стол.  Господи! Она же живая.
  Пистолет выпал из руки Майкла. Он посмотрел на отражение  в оконном стекле, боясь повернуться.  
-  Ты    хоть   понимаешь, Феникс, что говоришь?  –  Майкл  хватался  за  последнюю  соломинку,  наперёд  зная, что это ему не поможет.
  Тут голос подал Ноэл:
- Майкл. Здесь никто уже ничего не  понимает, но на столе стоит банка, а в ней голова, и голова живая.
   На  этот  раз  Майкл   обернулся.    Подняв   пистолет, он подошёл  к  дивану  и  уселся рядом с Фениксом.  Все  трое  уставились на голову, которая в свою очередь осматривала  эту  троицу.    В  том,  что  она  была  живая,  не  было  абсолютно   никакого  сомнения.    Вылезшие  из  орбит  глаза   пялились  то на Ноэла,  то на Феникса,   то на Майкла.  Рот шевелился,   как  будто   голова  хотела  что-то сказать,  но ничего не  было  слышно.  Только  приглушённое  мычание. Видно мешала  стеклянная банка.  Трое  мужчин  сидели на диване  не  в силах  вымолвить ни слова.  Слишком  сильно и кошмарно  было то,  на что они смотрели.  
-  Может разбить банку? – подал голос Феникс.  
   Он первым пришёл в себя.   Его слова зависли в воздухе,  начали кружиться и прыгать по комнате, постепенно доходя  до  сознания  Ноэла  и  Майкла.   Даже   голова   перестала  шевелить  ртом и как будто что-то понимая,   уставилась на Феникса.  
- Лучше не надо, – выдавил из себя Майкл. – Ноэл, откуда здесь ЭТО?
- Она здесь стояла, когда я вошёл, что бы посмотреть, что делает Энди.
   Слушая  всё это,  Феникс  встал с дивана и, сорвав с него покрывало,  накрыл  им  банку с головой.  У всех отлегло от сердца.  Каждый из них мечтал о том, что бы сейчас Феникс сдёрнул покрывало,  как самый  настоящий  фокусник и там  оказалась  пустая  поверхность  стола.   Но это были  лишь  надежды, а ужасающая  реальность  покоилась под грязным  покрывалом  в банке  на столе.
- Перейдём на кухню,   –   предложил  Феникс  и  вышел из комнаты.
 Мы поспешили за ним.
- И  куда  же подевался Энди?  –  задал вопрос Майкл, как можно спокойнее.
   Теперь  он  уже  верил  всему,  что  говорил  Ноэл.   И то,  что Ноэл  слышал  голос Харначека,   когда того и в помине не было в подъезде. И то, что сын этого Харначека, которого  тоже  не  было в подъезде,   сидел  перед  Ноэлом в его квартире.   По  другому никак.   Этому  надо  было   верить,  потому что за стенкой,  в комнате,   находилась настоящая,   живая  голова в трёхлитровой банке.  
- Не знаю, – ответил Ноэл.
- Может, он выпрыгнул в окно? – предположил Феникс.
- Не будь дураком. Я же сидел в машине около дома и всё бы видел.
  На минуту в кухне всё затихло.  Каждый думал о происходящем.  Я прервал все эти размышления:
- На  мой  взгляд,  это  сейчас не  самое важное.  Скажите лучше, что мы будем делать с этой банкой…
- Называй  всё  своими  именами.  Говори  прямо. Что нам делать не с "этой банкой", а с "этой головой"?  - прервал меня Майкл.  – Я почти уверен, что отнеси мы эту голову в ЦРУ  или куда-нибудь  ещё,  она не то,  что перестанет выглядеть   живой,  а  вообще  может  исчезнуть.  Я  уже ничему не удивлюсь.  
- Надо  снять  её  на  камеру, – предложил Феникс и вынул из своей сумки небольшую камеру.  –  Вот. Как ты просил Майкл.
  Майкл задумчиво посмотрел на камеру.
- Нам   надо   побывать  в  его  подвале.   Я чувствую,  что разгадка  где-то  там.  Или на его даче.
  Теперь  никто  не  сомневался,    что   Харначек старший - маньяк.  Но то,  что он был ненормальный, никого из нас не беспокоило.   Вопрос был в том,  как эта голова могла быть живой, находясь, тоже не понятно как, в стеклянной банке и не имея тела.  Закрадывалась мысль, что может где-нибудь  есть и тело,  бродящее  в  поисках  своей   головы.  От этих мыслей  все  задрожали.   Хотя  никто   не  высказывал  эти мысли  вслух,  все отлично понимали,  что и такой  расклад вполне возможен.  
  Феникс вставил:
- Не знаю Майкл.  Нужна  ли  вообще нам эта разгадка. По мне, так лучше бы я не знал и загадки.
  Но Майкл начал уже приходить в себя.   По  крайней мере, из всех троих,   он  выглядел  теперь  наиболее  спокойным и рассудительным.  
   В этот момент произошло то,  что заставило всех похоло-деть  от  страха.   В  комнате,  из  которой  они  только  что вышли раздался треск битого стекла. Все замерли, и вокруг  стала  сгущаться  какая-то  абсолютная   тишина,   до звона   в  ушах.   Казалось,  что  барабанные   перепонки    вот-вот   лопнут  от   возникшего  давления  в  этой  квартире.   Всем  троим хотелось верить,  что это всего лишь  разбитое окно,  а  не  банка   стоящая  на  столе  под  покрывалом.  Но  все понимали, что это была именно банка.  Никто не шевелился и все ждали, что же будет дальше.  И  тут  тишину нарушил глухой стук.   Как будто что-то небольшое упало на пол.  
  Я посмотрел  на  Майкла и Феникса и понял,   что  ещё секунда и все бросятся на улицу  прямо через окно.  Но никто  не шевелился.   Где-то  там,  в  комнате,  на  пол соскочила голова и что же теперь.  Все посмотрели в коридор.  Что бы  покинуть  квартиру,   надо  было пробежать  мимо комнаты,  дверь  в которую  была  открыта.    Но никто  не хотел  идти первым,  так  же  как и последним.  Я посмотрел на  Майкла  и кивнул  ему, давая  таким  образом понять,  что он всё же  единственный  полицейский среди нас и ему надо начинать.  Он  кивнул  мне в ответ,  давая  таким  образом уже  понять  мне,  что он  имеет такие  же  права  в этой  квартире  идти вторым,   как  и все.   В конце концов,  мы решились начать одновременно.   Но  Майкл  всё  же  был  немного  впереди. Прижимаясь друг к другу, мы шаг за шагом начали  приближаться к коридору.  Вот стала видна входная дверь и Майкл пожалел,   что закрыл её за собой,   когда  пришёл.  Теперь  придётся ещё с ней  возиться.   Вместе  с  входной  дверью   показалась и дверь в комнату. Майкл поднял руку и знаками дал  понять,  что по его команде все побегут. Ещё один шаг и  мы  почти  вступили   в  коридор,   но  в  этот  момент  из   комнаты,   прямо  в  центр коридора выкатилась    голова  и  уставилась прямо на нас. Майкл поднял  руку и прицелился  прямо между её двух огромных,  вылупленных  глаз.   И  тут   раздался   оглушительный  дверной звонок,  и ручку начали  неистово дёргать.
  После чего свет во всём доме погас.  

Вот прицепился!       999961.jpg
Зарегистрирован

Нет в мире силы, сильнее силы тока.
Sir-Dorosh
[Черный Археолог]
Прирожденный Джаец

Инженерные войска




Пол:
Репутация: +242
Re: Рассказы друзей
« Ответ #15 от 03.02.2011 в 10:08:42 »

 
       9.  
 
 
  Оказавшись  в  полнейшей  темноте,   нас словно  парализовало.  Не сказать,  что  мы   до  этого  проявляли  особую активность,    но  "парализовало"   было  именно  то  слово,  которое  полностью   соответствовало   нашему  состоянию. Темнота сглаживает, срезает на нет все понятия о расстоя-нии   и  пространстве.   А  в сочетании  с тишиной,  темнота  заставляет  тебя  и  вовсе   терять   последние    ощущения   окружающего  мира.   Где-то внизу,  в метре от нас, лежала голова, глаза которой  к счастью  не светились,  но от этого легче  не  становилось.    Наоборот,  никто  не  знал,  где  в данный  момент  она находится.  Может  она  перекатилась, и сейчас выжидает  у нас прямо под ногами.  
  "С   одной   точки   зрения,     что   она   сможет   нам   сделать?", размышлял я, "Ну  укусит.  Не умру же я от этого.   Но почему же тогда страх не покидает меня?"  
  Прошла минута.  И вот все услышали этот звук открывающейся  двери.  Не знаю,  о чём  думали  Феникс с  Майклом,  но я почему-то был уверен, что это был  Харначек старший.   И  тут  яркий  луч  света  ударил  прямо  в центр  коридора.    Кто-то  держал фонарик и быстро осматривал пол.   Головы  нигде  не было.  В том, что этот  "кто-то"  искал голову,   не было никаких  сомнений.  Вот он прошёл в зал,  и луч исчез   где-то там.  Я почувствовал,  как Майкл потянул меня к выходу.  Спустя секунду мы оказались в подъезде и выбежали на  улицу.  Но  вместо  того,   что  бы  как  можно   быстрее убраться  куда подальше,  Майкл  махнул  прямо  в подвал, и нам ничего не оставалось,  как последовать вслед за ним.   На  мой  взгляд,   это было самым  бессмысленным,  что мы могли сделать в данной  ситуации.   Думаю,  Феникс считал точно  так  же,  но мы  уже  были в подвале.  Первым  голос подал Майкл:
- Главное  без паники.   Всему  должно  быть  объяснение.   Во всём  должен быть смысл.   –    Он   говорил   это,  но чувствовалось, что смыслом здесь и не пахло, а он лишь пытался успокоить сам себя.
- Надо сваливать. Вот в чём есть смысл,   –   подал  голос Феникс.
  Что-то зашуршало в темноте, и спустя мгновенье два луча света вонзились в пол  у наших  ног  -  это Феникс вытащил   два   припасённых   для  дела фонарика.  Один он протянул Майклу,  второй оставил себе.  
- Сначала  мы  осмотрим подвал этого Харначика. – Майкл двинулся  к  знакомой  двери,  выхваченной  из  темноты мощным лучом.
   Мне показалось, что в подвал вслед за нами вошёл кто-то  ещё, но возможно это только показалось. Ничего не сказав,  я  двинулся   вслед   за остальными.
- Держи,  –  Феникс протянул мне свой фонарик.  – И свети на замок.  
  Спустя  три  секунды  замок  с глухим  стуком  упал на пол и Майкл открыл дверь.   Мы осветили помещение.   Все мои разрушения   были  сведены  на  нет.   Везде  был  порядок  и чистота,   разве  что  банок  с маринадами  было  намного меньше.  Я внимательно посмотрел туда, где увидел голову впервые,   но  там  ничего  не  было.   И  тут  из  отверстия, в  которое  уходили   трубы,    появилась   тонкая    рука  со скрюченными,    длинными   пальцами.   Она  стремительно потянулась в нашу сторону. Ещё секунда и она схватила бы  меня  прямо за голову,   если бы меня вовремя  не дёрнули назад в общий подвал.   Но рука продолжала растягиваться и вылезла вслед за нами. Мы в панике бросились к лестнице,  в ужасе  вглядываясь во мрак кошмара,  из которого до  нас пытались дотянуться полчища скрюченных рук.  Ни тел,  ни  ног.     Только  одни,   появляющиеся   из   всех   щелей и проёмов руки.   И  все  они  тянулись  к нам.    
  Первым  заорал Феникс,  и  я  увидел,   как  он  завис  под потолком,   удерживаемый  многочисленными, растягивающимися конечностями.  Раздался  треск  одежды. Я почувствовал, как моё плечо крепко сжали.
- Спокойно  Ноэл,   –  Это был Майкл.    –  Сейчас  мы  его освободим.  –  И достав откуда-то из-за пазухи огромный нож, кинулся к Фениксу.  
  Посветив  в ту сторону, я попытался что-либо  разглядеть.   Но тщетно.   Из-за   огромного  количества  этих  рук  почти ничего  не  было  видно.    "Сейчас     их   разорвут   на   части", пронеслось  у  меня  в  голове.   Но  в  этот  момент  Майкл воткнул нож в первую попавшуюся руку. Как по волшебству,   все остальные  руки  словно  испарились, мгновенно попрятавшись в свои  щели,  где,   как я  с  ужасом  догадывался,  должно было быть то, из чего они растут.  Феникс рухнул на пол.  К  счастью  с  ним  ничего  не  случилось.   Но  на  том счастье  заканчивалось.  Я снова  увидел  выползающие  из тёмных углов руки.
  Я  хотел  что-то  крикнуть  Майклу,  но его  нигде не было.   "Должно   быть  уже выскочил  из  подвала".     Феникс  выхватил у  меня фонарик  и  бросился  к  выходу.   Проклиная   себя  и  всё  на  свете,   за ним побежал и я, хотя мог бы сделать это давным-давно.  
 Мы подбежали к машине почти одновременно. Но к нашему ужасу за рулём никого не было.  
- Он остался в подвале!  – заорал Феникс, как будто я был глухой.  
- Не думаю!  – прокричал я ему в ответ.   –   Скорее всего,  он  уже где-нибудь далеко отсюда и ещё бежит,   и будет бежать.
- Он в подвале! Ты думаешь, если бы он хотел убежать, то он стал бы меня спасать из этих щупалец?!
- Рук Феникс. Рук!  Это были руки! И ты сам это прекрасно знаешь.
  Я бросил  взгляд  на видневшуюся  вдали  открытую дверь подвала.  Дождь по  крыше  барабанил  так,  что,  казалось,  сейчас     начнут   появляться   дыры,   а   ураганный  ветер  доделает  всё  остальное.   Но  машина  держалась,  хотя и раскачивалась, как корабль в штормовом море.  На секунду мне   показалось,  что  из  подвала   начали   выползать  те  ужасные  руки.   Но  видение  тут  же исчезло.      
  Кинув   взгляд  на  окна своей квартиры,  я пытался  представить    себе,   что  же  делает  тот  с  фонариком.  Ночка ожидалась  ещё та.  Дождь лил как из ведра, и чёрное небо то и дело  прорезали острые ножи  ослепительных  молний. В свете одной из них мне показалось, что в окне промелькнул  человек… у  которого  не  было  головы.  Ещё  молния, и я опять  увидел  "это",   но   уже  в  окнах  подъезда.  Оно быстро спускалось.  На улице само собой не было ни души.   Взглянув на Феникса,  я понял,  что он  знает  о безголовом теле, так как смотрел туда же.  
- Оно  спускается,  – прокричал сквозь шум ливня и грома, Феникс, кивнув в сторону подъезда. – Что будем делать?  
- Не знаю. Ключи у Майкла.
  С  ужасом  я  вспомнил,  что  произошло  в  подвале.  Мои мысли  прервались.  Из   подъезда,   прямо  под  ураганный дождь, выбежало голое тело,  в руках оно держало   голову.    Постояв   секунду,  оно  вошло  в  подвал.    А   мы,  словно заговорённые  стояли  и  продолжали  смотреть  на  чёрное  отверстие    входа.    Пора   было   начинать    молиться  за Майкла…  
 

Вот прицепился!       999991.jpg
Зарегистрирован

Нет в мире силы, сильнее силы тока.
MAn
[Человечище!!!]







Пол:
Репутация: +403
Re: Рассказы друзей
« Ответ #16 от 03.02.2011 в 21:31:47 »

Дождь лил как из ведра, и в черном небе то и дело проносились, сверкая габаритными огнями, стеклянные банки, пилотируемые маринованными головами членов общества "Друзей Харначека". Подгоняемый ураганным дождём, обезумев от ужаса, я бежал на четвереньках прочь от бетонированного шоссе Москва-Вашингтон.  Руки!  Полчища размеренно марширующих рук заполняли всю ленту шоссе от горизонта до горизонта. Монотонно топоча пальцами, они заставили меня совсем потерять последние ощущения окружающего мира.
"Нахрен! Нахрен!  Нахрен макваков! Нахрен Харначека! Нахрен Сира-Дороша с его зубровкой!"- исступленно бормотал я, продираясь через какие-то заросли чертополоха, невесть откуда взявшиеся на голой равнине.  Резкая боль в исколотом колючками теле отрезвила меня. И я обнаружил себя не на равнине - я скатился в какую-то ложбину - сырую, поросшую чертополохом, с крутыми склонами слева и справа. Впереди в полумраке ночи виднелись два расположенных рядом и  странно похожих друг на друга холма, увенчанных крупными валунами. К ним можно было бы подняться из ложбины, подъём был несложный, пологий, но колючие заросли перегораживали путь.
"Тыщу макваков тебе в задницу!"-  и эхо загромыхало, повторяя мою ругань.  
Вдруг земля всколыхнулась. Раздался низкий вибрирующий звук, похожий на вздох или зевок живого существа!  Огромного существа!  
И произошло невероятное. Всё вокруг с глухим  шорохом стало принимать новые очертания. Склоны ложбины начали расходится, земля подо мной разверзлась черным провалом. Потеряв равновесие, я упал и начал сползать вниз, по его скользкому, сочящемуся влагой склону. Напрасно я цеплялся руками, напрасно упирался ногами, напрасно выл и извивался всем телом. Неумолимая сила влекла меня вниз, в темную, дымящуюся испарениями бездну.  
Пора было начинать молиться...  а я всё ещё боролся, всё ещё надеялся выкарабкаться... успеть дочитать "Рассказы друзей" и уже потом, когда-нибудь, отойти в вечность...
Последнее, что я увидел... это... ЭТО!  Над теми, похожими друг на друга холмами, поднялось огромное лицо... женское лицо с желтыми лунами вместо глаз!  Холмы превратились в груди... груди  поднялись и опрокинули на меня соски-валуны...
 
Темнота. Темнота. Темнота. Голос. Слабый голос. Чуть слышнее. В мозгу замелькали тени мыслей. Открываю глаза. Вижу! Вижу! Лежащее голое тело, в руках оно держало голову!  
Нет-нет-нет-нет...  всё-таки, оно подпёрло голову руками... улыбающуюся голову.  Говорит. Мелодично говорит:  "Эй! Эй! Цигель-цигель, ай-лю-лю!"
Зарегистрирован

Sir-Dorosh
[Черный Археолог]
Прирожденный Джаец

Инженерные войска




Пол:
Репутация: +242
Re: Рассказы друзей
« Ответ #17 от 03.02.2011 в 21:51:15 »

2MAn:  
Браво, маэстро – брависсимо!: bow :
 
Offtop:

 

Вот прицепился!       1141481.jpg
Зарегистрирован

Нет в мире силы, сильнее силы тока.
MAn
[Человечище!!!]







Пол:
Репутация: +403
Re: Рассказы друзей
« Ответ #18 от 10.02.2011 в 10:31:02 »

Скажи-ка, дядя, ведь недаром
Маквак подтерся скипидаром,
И Дороша потом подтер,
И тот пошел писать во весь опор,
И сочинять про всё на свете.
Про ураганный дождь, дождливый ветер,
Про тело почему-то голое,
При этом полностью бесполое,
Про руки, тянущиеся к винтовкам...
И вот - обидно - остановка...
 
А ведь какой был дивный дар!
Пока не высох скипидар.
Зарегистрирован

Sir-Dorosh
[Черный Археолог]
Прирожденный Джаец

Инженерные войска




Пол:
Репутация: +242
Re: Рассказы друзей
« Ответ #19 от 10.02.2011 в 18:04:59 »

2MAn:  
Намёк понял   : rotate :
 
 
         10.  
 
 
  Очнулся я от того,   что понял – машина  завелась. Я уже ничему не удивлялся.  В моём сознании, забитом до отказа страхом,   не  было  места  какому-то  там   удивлению.  Но, посмотрев  на  водительское   сиденье,    я   понял,  почему завелась   машина.    Феникс    умел   открывать  не  только замки   –   к  счастью.   Приборная   панель  была  вырвана,  и  провода  в  руках этого волшебника-грабителя  соединились.  Но,  услышав  следующие   слова, повисшие в тесной кабине, я пожалел о том, что Феникс столько умеет.
- Без Майкла мы никуда не уедем.
- Да-да.  Конечно.   Его  нужно  подождать,   –   ответил  я Фениксу, наперёд зная, что этим дело не кончится.
- Да.  Ты прав.    Мы  подождём  его…   но   только   около подъезда.   –   И  он  уже   собирался   надавить  на  газ,   когда  из  подвала   появилось   голое  тело,    держащее в руках уже не одну,  а две головы.
  Оно  остановилось под козырьком  подъезда,  словно боялось  дождя.   Хотя головы  на  плечах  не  было,  сомнений не  возникало   –   оно  смотрело  на нас.   Не  знаю,  каким  образом,   может  при  помощи  голов  в  руках,  может  ещё как-то,  но  оно на нас смотрело.  Я это чувствовал. До него было метров сто и если бы  оно  бросилось  на  нас,  то  мы вполне  могли  бы  успеть  смыться.  Но  Феникс и не думал   убегать.  "Боже мой! Чего же ты ждёшь Феникс?  Майку уже  ничем  не  поможешь",   пронеслось  в моём затуманенном сознании.  
- Мы   зашли  уже слишком  далеко,   –  вымолвил Феникс, глядя   на  тело  у  подъезда.   –   Даже если Майклу уже ничем  не помочь,  я хочу,  что бы эта  безголовая  тварь сдохла.   Я лично хочу убедиться в смерти Майкла.  – Он посмотрел  на  меня,  и я понял,  что он прекрасно  меня понимает  и  видит  насквозь.   –   Ты можешь идти. Тебя никто не держит.  
- Феникс, я…  
  В этот момент лобовое  стекло нашей машины взорвалось   миллионом осколков.  Я почувствовал,  как в моё лицо впились  тысячи  раскалённых  игл,  и  глаза   стала   заливать   кровь.   Это  произошло  мгновенно,   но  я  успел заметить, понять, что произошло.  То, что разбило стекло,  пролетело между  нами  и  с  огромной   силой   ударилось  об  заднее сиденье и сейчас  там  лежало.  Боковым  зрением я видел, что там лежит. Феникс смотрел мне прямо в глаза, и я знал,   что  он  тоже  знает,   что  там  лежит.   Мы   посмотрели на подъезд.  Тело  по-прежнему  стояло  там.  Но  в  его  руках была только одна голова.  
  ВТОРАЯ  ЛЕЖАЛА  ЗА НАШИМИ  СПИНАМИ,  НА  ЗАДНЕМ СИДЕНИИ.    
- Ноэл.  Посмотри,  что  там,   и  скажи  мне,   –    выдавил Феникс.
  Его  лицо  приобрело  пепельный  цвет.  Он  был  близок к шоку.   "Господи!   Не  дай  мне  остаться  одному!",   подумал я,   глядя  на  Феникса и сказал:
- Там ничего нет. Это наверное…
- Ноэл!!!  – заорал Феникс.  –  Я   что,  по-твоему,  дурак?!   Я  же  всё вижу в зеркало!  Я хочу, что бы ТЫ посмотрел!  
 И я посмотрел.  Да.  Там лежала голова Майкла.  Её  глаза были   открыты  и из  разорванной   шеи   текла   кровь.  Её вырвали  совсем  не  давно.  Минуту назад,  может меньше. Задняя часть её была расплющена. "Видно от удара о лобовое стекло", подумалось  мне.  Я начал чувствовать,  что теряю последнюю связь с окружающим миром.   Но Феникс вернул меня на землю.
- Сваливаем.
Я молчал.
-  Но сначала…   –  он нажал  педаль газа и договорил  –  Я  раздавлю эту тварь.
  И  машина  сорвалась  с  места.  Через  несколько  секунд   она   врезалась в подъезд,  подмяв под себя это чудовище,  которое  и  не  думало   отходить.   То,  что это был один из самых глупых поступков в нашей жизни,  я понял сразу. Так как,  может мы и уничтожили эту тварь,  что не известно, но то,  что мы застряли  под рухнувшим  козырьком,  было ещё пол беды.   Перед  нами,   в  метре от нас,  через  разбитое лобовое стекло, виднелся чёрный вход в подвал.  Мы почти  въехали  в  него  и теперь,  если те руки в подвале захотят, то нас можно брать без проблем.
- Что ты натворил Феникс?  –   вымолвил я. И мне показалось,   что  я  уже  стал  различать  в  черноте  зияющего проёма растягивающиеся руки. И это было не видение.
  Феникс  молчал.   Его  голова   была  опущена  на  руль. Я надеялся, что он только потерял сознание.  "Где же все люди?  Столько  шума!   Можно  было  весь  город  разбудить,  не  то,  что подъезд". Но вокруг по-прежнему никого не было. И тут меня   схватили и выдернули прямо через  окно.  После чего я по-чувствовал,   как  меня  перекинули  через  плечо и  быстро понесли куда-то подальше от подвала.
- Там  Феникс,  – промямлил  я, теряя сознание.  
  Но, погружаясь в темноту, я всё же успел разобрать слова моего спасителя:
- Забудь о нём.
  Это был Харначек старший.
   

Вот прицепился!       Horror.jpg
Зарегистрирован

Нет в мире силы, сильнее силы тока.
Sir-Dorosh
[Черный Археолог]
Прирожденный Джаец

Инженерные войска




Пол:
Репутация: +242
Re: Рассказы друзей
« Ответ #20 от 15.02.2011 в 21:39:28 »

      11.
 
 
 Я очнулся. Меня по-прежнему несли на плече. Но городом  вокруг и не пахло.     Вокруг   был   лес.    Ночь  прорезали   молнии  и  в их свете, под шквальным дождём,  я различил  каменное  лицо  Харначека.  Я старался не подавать виду,  что  уже  очнулся.    Но  в этом не было нужды.  Это  было бесполезно.  Гигант  смотрел  по  сторонам и ему,  как мне казалось, не было до меня  совершенно  никакого дела.  Я  попытался  определить,  где же мы находимся, но тщетно.  
- На твоём месте,  я  бы лучше  снова  потерял  сознание  Ноэл.    По крайней  мере  постарался бы  это  сделать,  потому  что то,   что  ты  скоро  увидишь,  заставит тебя вообще забыть о сне как таковом.  
  Услышав   эти   слова    Харначека,  я поледенел, и меня   стало трясти. Я попытался освободиться, но гигант только усмехнулся.  
- Ты что, хочешь вернуться назад?
  Сказав это он остановился, но не затем что бы отпустить  меня.  Харначек стал  внимательно  к  чему-то  прислушиваться.  Что  можно  было  услышать в  такой завывающей буре?  Одному  богу известно.  Но он к чему-то прислушивался.  И уже через секунду побежал,  не обращая на меня внимания.   Это  был  не  человек.     Люди,   даже   самые сильные,  не  могут  так  быстро бежать, тем более с такой ношей на плече, как я.  
"Сейчас  он  меня   принесёт   к  себе  в  логово.   Оторвёт  голову и сожрёт.   Господи!    Помоги мне!   Я верю в тебя!    Теперь  верю. Помоги мне…"
- Да   закрой  ты  свой  рот,  – произнёс Харначек, огибая могучие деревья и перепрыгивая через овраги. –  Иначе  я  точно  тебя  сожру!   Прямо  на ходу. – После чего он засмеялся.
  От этого смеха мне стало не по себе.  Но то, что я услышал после  этого,  заставило  меня  вжаться  в его могучее тело.   Где-то  позади  нас  раздался  ещё  один смех.  Так  смеются только сумасшедшие в фильмах и всякие карлики в страшных сказках.  Я повернул  голову  назад.   В блеске молний,  я различил среди   деревьев  большую,  горбатую  тень.  В  этот  момент  мне захотелось заорать Харначеку, что бы он меня спрятал.  
- Что там такое?  
- Тебе лучше не знать,– ответил гигант и мне показалось, что он побежал чуть-чуть быстрее.  
  Тень позади нас исчезла. Но хохот ещё доносился.  
- Ноэл - Ноэл,    –   продолжал  Харначек.    –  Я  же тебя предупреждал.  Зачем  ты  влез в  этот  кошмар.  После того как ты увидел  ту голову в подвале, я подумал, что всё   образуется.    Но   этот   полицейский…  -    гигант замолчал. – Тебе не надо было его слушать.  Но теперь уже поздно.  
- Я ничего  не  понимаю.   Вообще,  что  происходит?  Как может происходить то что происходит?
- Если  у  нас получится добраться туда,  куда мы бежим,  то  я  тебе  всё  объясню.   А  пока  лучше  помолчи.  От этого   кошмарного   урода   позади  нас  ещё  никто  не убегал.  
- Но  куда  мы  бежим?   Хотя  бы один ответ,   –   умолял я гиганта.
- Мы бежим от твоих кошмаров  Ноэл.  И проблема в том,  что я ещё пока сам не знаю куда.  
 
  До сих пор я думал,  что  ничего  не понимаю. Оказалось,  не так.    Теперь  я  вообще  потерял  связь  с  нормальной человеческой  мыслью.  Потому что,  то,  что  происходило  вокруг, не укладывалось  ни  в  какие людские объяснения.   То,  что  произошло  за  последние  сутки,    нельзя   было объяснить.   Может  Сальвадору Дали  и удалось  бы  отобразить  это  как-нибудь на своих холстах,  но увы,  он уже умер.  
  Ветер набрал такие  обороты, что деревья начало  вырывать   с   корнями  и  уносить    куда-то  вверх.   В  воздухе   повсюду   носились   огромные   камни  и  тучи  вырванной земли. Вероятно, мы были в центре смерча, но это никоим образом  не  мешало Харначику  нести  меня  не  известно  куда.   Вдруг я опять услышал этот смех позади и оглянулся. Мир вокруг нас не просто вращался. Это был не просто  смерч,  или ураган. Вращалось и бушевало  всё  вокруг, во всех направлениях. И мы были,  как мне казалось, в самом  центре этой  вращающейся  сферы.   К  моему  удивлению, среди  всего этого хаоса,  я смог  разглядеть  солнце.  Но, оно было очень далеко от нас. Не просто далеко, в  обычном  понимании  этого  слова.   А  действительно   далеко.    Как напоминание  о том  мире,  в котором  я когда-то  был.   Но,   он  остался  за границей этой  вращающейся  сферы, вместе со своим солнцем.
- Это  сон,  – выдавил я из себя.  – Настоящая  жизнь  не  может  быть такой. Она другая.
- Хотел бы я с тобой согласиться.  Но,  к сожалению,  это не только сон и не только  жизнь.  Вокруг  тебя тот мир,  который действительно существует. Ты там,  где создаётся  и меняется  Вселенная.  Ты  в самой её сущности. Там, где есть абсолютно ВСЁ.
  Смех   позади  раздался  снова.  И  в следующий  момент я подумал  что  умру,  так  как  сердце  моё  остановилось.   У самого  моего уха  я  услышал  тихие слова:
- Я   ВЫРВУ  ГОЛОВУ  ТВОЮ.   НЕ  СМОЖЕТ ВЕЧНО  ОН НЕСТИ  НА СВОЁМ  ПЛЕЧЕ ТЕБЯ.
  Я оглянулся. Тот, кто это произнёс, исчез почти мгновенно,   но  исчез  ровно  настолько,  что бы  его  было  видно далеко  позади и теперь  он держался  на этом расстоянии и уже не прятался.  Я  успел  разглядеть его вблизи, когда он был у самого уха. Он этого хотел. Я это знал.  
- Ты что-что сказал Ноэл? – Харначек по-прежнему нёсся вперёд, разрезая собой пространство.  
- Нет.    Я  ничего  не  говорил.   Но  это  существо  сзади кое-что  сказало и теперь оно не отдаляется.
  Гигант обернулся и всмотрелся чащу. Большое, горбатое   тело не отставало.  
- Это Мак-Вак!
- Кто?
- Мак-Вак.  Тебе  должно  быть  это  известно лучше, чем кому-либо.  
   Это слово казалось мне  смутно  знакомым.  Но, я не мог вспомнить откуда.
Харначек вспомнил за меня:
- Это безумный владелец бродячего цирка уродов.  Гений зла,   если  можно  так  выразиться.   Фигура  созданная тобой же  в одном  из  твоих  ночных  кошмаров.  Между прочим, он уже давно ищет вход в реальный мир людей.  
  Я   оглянулся.  Горбатое  тело  в шляпе  и  плаще   стало двигаться в окружную, словно по кольцу. Через секунду он был уже справа.  Но также далеко как прежде.
- Пока  можешь  не  боятся.   Он  не  приблизится  пока  я с тобой и бегу,– произнёс Харначек, проследив за моим взглядом.  
- Значит это всё же сон.
- Я не буду повторять то,   что уже сказал однажды. Тебе самому виднее, где ты.
  Но вот лес вкруг стал приобретать странный вид. Нет, он по-прежнему  был лесом как таковым.  Деревья,  прижатые к земле,  миллионы  зловещих  кустов,   скорченных коряг, пней и тому подобного   –  всё по отдельности было самим собой.  НО. Общая  лесная  картина стала иной.  Казалось, что   мы  несёмся  не  только  по дремучему  лесу,  но  и  в городе   одновременно.   По  дремучему,  лесному  городу.   Здесь  были  и дороги  и дома,   но  всё  было  создано  из чёрной,  вращающейся  природы.   Ещё мгновение, и город   вытеснил  лес.  Харначек   побежал  по  асфальту.  Вокруг    мелькали    машины,    но  сконцентрироваться  на  чём-то одном не получалось.  
  Мы  были  в Нью-Йорке.  В моём  родном городе. Я обернулся,   горбун  не  отставал,   но  уже   не   смеялся.   Вот  показалась  и моя  улица  вместе  с моим заклятым домом.   Ни   разрушенного  подъезда,   ни  машины  у подвала,  ни Феникса.   Ничего.  Только  спокойствие,  тишина,  и замок  в  песочнице.    Пробежав  мимо  него,   Харначек   вбежал  в  подъезд  и  начал подниматься по лестнице.
- И  что  же  теперь?    –   в ужасе  обратился я к гиганту, когда тот,  распахнув дверь, вбежал в мою квартиру.
  Я не ошибся.  Когда  мы  вбежали  в квартиру, и дверь за нами   захлопнулась,  я  успел  расслышать  смех  горбуна где-то на первом этаже.
- Теперь мы там, где нам надо быть на данный момент.  – Ответил   мне  Харначек  и  сбросил   меня   на   диван.  –  У этого  дивана  ты  заварил всю эту кашу. Ты открыл  двери  моему сыну,  но за дверями  должен  был  стоять не он.  А тот,  кто  сейчас  поднимается по лестнице. Ты сам прекрасно знаешь,  кто  сейчас  постучится  в  твою дверь.  
  Я в ужасе посмотрел в коридор. А Харначек продолжил:
- И  тебе  надо  будет её открыть.  Но только,  как  моему сыну.   И может быть, ты тогда  сможешь  вернуться  на  кухню  и,  наконец, допьёшь свой кофе и докуришь свою сигарету.  
- Но там же Мак-вак. – Руки у меня похолодели.
- Всё зависит от того, кому ты откроешь. Но открыть надо в любом случае.
  Я снова посмотрел в коридор,  где  виднелась моя  входная дверь. "Может никто и не постучит", в надежде подумал я,   но  голос  Харначека  прервал  мои  размышления.  Он прекрасно читал мои мысли.
-  Может - Не может.    Болтать  бессмысленно.    Если  ты  хочешь   вернуться в свою грёбаную  жизнь,  то ты должен это сделать.  Неужели  ты  ещё  до  сих  пор не понял, что всё что ты видел вокруг себя,   всё что с тобой произошло, всё это  -  мир созданный тобой.  И в этот мир ты замешал  меня,   моего   сына,  этого,   как  ты  там  его  называешь,  Феникса,  и того  чёртового  полицейского.
  Эта  голова  в моём  подвале  свела тебя с ума, – сказав это, Харначек тихо рассмеялся.  – Не знаю как, но все мы,  оказались   в  плену    твоего    больного   воображения.  И поверь,  мне хочется  вернуться не меньше твоего. Так что тебе придётся  открыть  эту  дверь.  Или  её открою я.  Но, тогда только один бог знает, что произойдёт.
  Я приподнялся  и уставился  на гиганта.   В  моей  голове вертелись вопросы, и я решился спросить:
- По-твоему,  алкоголь,  страх,  и моё воображение стали причиной этого кошмара?   И та голова в твоём подвале  в банке,  стала  катализатором в этой ужасной смеси?
- Именно так - катализатором.
- Значит,  голова  на  самом  деле  там была.  –  Не знаю почему, но на фоне всех ужасов,  эта  новость  была  не самой страшной.
- Да Ноэл. Она действительно была там, в моём подвале.
- Но почему? Откуда?
- Это не самые главные вопросы, которые тебе надо  мне  задать,  но я отвечу.   Потому,  что  я  и  в  самом  деле маньяк.
  Странно,  но и  это меня  не  удивило.   "Что там какой-то маньяк по сравнению с тем, что происходит вокруг".   Харначек,  не знаю,   как у него это получается,  снова  прочитал  мои мысли.
- Вот  именно.    То  что   происходит  вокруг  не  идёт  ни в какое  сравнение с тем, что я маньяк.
  Не знаю,   что  хотел  сказать  этим гигант,  но только эти слова можно было понимать двояко.   Или кошмарный  мир вокруг на много хуже его безумной деятельности. Или…Он  считает  свою маниакальность намного страшнее и важнее происходящего. Что, по сути,  страшнее всего.
  ТУК. ТУК. ТУК.
 Это произошло  настолько  неожиданно, что я подпрыгнул  чуть  ли  не  до  потолка.   Я  совсем  забыл  об  Мак-Ваке.  И теперь этот  еле  слышный  стук  ввёл  меня в состояние близкое к смерти.   "Балкон! Надо прыгать!"
- Это тоже вариант,  – вымолвил Харначек.  –  Возможно, таким    образом   ты    покончишь    со    всем     разом. Разумеется,   при  этом   сдохнешь  и  ты  сам.   И  тебя будут  по утру отскребать  лопатой  от  асфальта  и  говорить:   "Писатель.  Что  с  него  возьмёшь.  Все  они  такие, когда выпьют.  Все."  
 ТУК. ТУК. ТУК.  
  Опять  этот  тихий  стук.   "Нет прыгать с балкона не стоит. Надо открывать.  Ведь  там  стоит  и  ждёт  Энди.  С  маленьким ведёрком и весь в песке.  Он позовёт меня  в  подвал,  потому  что там воры,  а там…  А там я закрою дверь,  перед его носом сказав ему до свидания.  Пусть  обращается  к своему безумному папаше. Тем более далеко за ним ходить не  надо.    Вот он,  передо  мной."   Я посмотрел  на  Харначека,   который  тоже  внимательно смотрел на меня.   По  его  лицу  было явно  видно, что он следит за ходом моей мысли.  
ТУК. ТУК. ТУК.
- Всё будет  так,   как ты  Ноэл  себе это  представляешь.   Тебе  надо  открыть.   Избавить   всех   нас   от   твоего кошмара.   Вернуть всё на свои места.   Ты  в силах это сделать.  Потому  что всё,  что  происходит,   твоих  рук дело.   –   Он  усмехнулся  и  мне  не  понравился   этот смешок.  –  Вернее не рук, а  твоего больного ума. Этим мы похожи. ОТКРЫВАЙ ЖЕ!!!  
  Услышав этот рык,  я  невольно  приподнялся.   Харначек резко развернул меня к коридору и грубо подтолкнул.  
- Давай-давай! Время не терпит!  
  Я сделал два шага к двери. И тут снова раздался стук.
   ТУК. ТУК. ТУК. ТУК. ТУК. ТУК…
   Больше  он  не  прекращался.   А   Харначек  снова  подтолкнул меня вперёд, следуя за мной. Всё это напоминало  собой обыкновенную ловушку.  Тебя  толкают  и  убеждают самыми     прекрасными    словами   на   свете.    Толкают. Толкают. Убеждают. Опять толкают! И, вот ты срываешься с высоченного обрыва прямо в пасть чудовищной акулы.  
   Да.  Именно  так  оно и выглядело.  Именно  это оно мне  и  напоминало.    Стук  между  тем   не   прекращался,  как и, теперь непрерывные, толчки в спину.  
    ТУК. ТУК. ТУК. ТУК. ТУК…
  Дверь неумолимо на меня надвигалась.   Бежать было не куда.   Сзади   стоял  и  ухмылялся   гигант,   спереди,   за дверью, поджидал ужасный горбун.  И только одному богу, да  этому  дьяволу в плаще и шляпе,  за дверью, известно, что ждёт меня за этими деревянными вратами.  
- Запомни Ноэл.  Только ты  решаешь,  кому  ты открываешь.  
  "Там Энди. Я знаю, что там будет стоять маленький, чёртовый Энди!   Энди, Энди, Энди… Конечно он.  Ни-ка-ких  горбунов.  Только   маленькие  Энди-Харначек с маленькими  ведёрками и весь в песке. Никаких Мак-Ваков в плащах. А только Энди.    Там на кухне лежит  сигарета,   которую  мне  надо  докурить. И кофе,   который  надо   допить. Так что, только Энди", я уже хотел было развернуться и пойти  на  кухню,  что бы  докурить  прямо  сейчас, но Харначек   посмотрел  на  меня  так  злобно,  что я тут  же передумал.  
- Открывай же сукин сын!!!   –   заорал  гигант  прямо мне в ухо.
  И я открыл.    
 
     
 
 
 
 
 
 
 
: asthanos :
Вот прицепился!       1338510.jpg
Зарегистрирован

Нет в мире силы, сильнее силы тока.
MAn
[Человечище!!!]







Пол:
Репутация: +403
Re: Рассказы друзей
« Ответ #21 от 20.02.2011 в 00:34:07 »

...И я открыл.
 
Нельзя сказать, что увиденное очень уж поразило меня.  Обстановка была окрашена в невнятные серо-розовато-зеленые цвета.  
В верхней части экрана слева направо вытянулись в ряд крупные буквы A, I, M, разделённые жирными, больше похожими на таблетки, точками.
Справа, на фоне заходящего солнца группа каких-то несомненно макваков спускалась куда-то несомненно в ад.  Остальное пространство было заполнено бесконечными строчками вроде бы символов несомненно маквакского происхождения.
Недоумевая, но испытывая при этом явное облегчение, я повернулся к Харначеку. На лице у него блуждало такое же выражение, как и у Дон-Жуана, повстречавшего Борю Моисеева.
- Ну???  Дальше-то... ДАЛЬШЕ-ТО ЧТО БУДЕТ?!  
« Изменён в : 20.02.2011 в 00:36:14 пользователем: MAn » Зарегистрирован

Sir-Dorosh
[Черный Археолог]
Прирожденный Джаец

Инженерные войска




Пол:
Репутация: +242
Re: Рассказы друзей
« Ответ #22 от 20.02.2011 в 09:26:25 »

         12. - 1  (часть )  
 
         «И ты, Блад?»
           
 
 
  Передо  мной  стоял  Энди.   С  ведёрком  и весь  в песке. Подъезд залило светом  –  это исчезла  ночь, и на её место  ворвался день.  Тот злосчастный день,  когда всё началось.  Вот  сейчас  он  скажет:   "Мистер Ноэл.    Это Энди.   Энди Харначек, из соседней квартиры"  и что ему страшно,  и что  там  в подвале   что-то…  Но,  Энди стоял и молчал.  Я  уже хотел  ему помочь и напомнить,  что  надо  говорить в таких  случаях.    Но   мои   слова   застряли  в  горле,    так  и  не вырвавшись…  
  Рядом  с  Энди,    вернее  на стене рядом  с  мальчиком  я  увидел  большую, горбатую  тень.  Этого было  достаточно,  что бы я начал терять сознание.  Такие  тени могут принадлежать  только  одному  существу   –  безумному владельцу бродячего цирка уродов.
  Опёршись  о  дверной   косяк,   я  начал  оседать,   смутно    воспринимая   окружающее  пространство.   Развернувшись  и  уже окончательно падая,  я  увидел  перед собой  огромный,    раскрытый     мешок,   который    держал   Харначек.    Я провалился  прямо в него,  услышав, как мне показалось, последние в моей жизни слова:
- Попался. Наконец. – Это был Харначек.
- Заткнись. Иначе скоро приду я за тобой.  –  Эти шипящие   слова принадлежали ни кому иному, как Мак-Ваку.
  Мешок надо мной завязали и моё сознание меня покинуло.
 
     
        МАК-ВАК
 
  Огромные,  несоразмерные телу,  башмаки, с  силой плющили   мокрую   землю   под   ногами.    Он  не  спешил,  но каждый   его  шаг   заставлял   дрожать   землю  на  многие мили   вокруг.    Вот  под  один,  обитый   ржавым  железом, башмак,  угодила грязная,  рыжая лисица. Не обращая внимания,  он наступил  на неё,  вдавливая в землю.  Раздался хруст  костей.   Но  это   не  привлекло  его   внимания.   Он давил  их  сотнями,   тысячами   каждый   день.  Перед  ним прогибались деревья.  От  взгляда его точечных,  размером с горошину, безжизненных глаз,  расступались реки.  Птицы падали с небес.  
  Он  вышел   на   огромное,   бескрайнее  поле,  полностью  покрытое  снегом.   С  высоты  птичьего  полёта  он казался маленькой,  чёрной точкой.   Но  даже  отсюда  можно было различить    его   огромный   горб  и  остроконечную  шляпу с широкими полями. Он шёл к горизонту, где бывал неоднократно.   Туда откуда   выглядывало   солнце.    За   спиной  он   держал   большой   мешок с человеком  внутри.   С  его длинного,   сморщенного носа свисала длинная, прозрачная капля замёрзшей воды.    В  этих местах температура  была самой  низкой.   Он  это  знал,    поэтому  шёл  равномерно, стараясь точно распределить силы  для перехода.   Солнце   на  горизонте  опустилось  ещё ниже.  Обернувшись  назад,   горбун  увидел,  что на противоположном  горизонте солнце  начало  подниматься.  Значит он уже близко. Он чувствовал  как огромная, плотная Земля вертится под ним. Ещё минуту  назад  этого  не  было.  Значит  он  совсем  рядом.   Краски   окружающего   мира  сгущались  с  каждым  шагом.    Но это были совсем не цвета радуги.  Белый и чёрный цвет. Жизнь вокруг  теряла  свой  прежний  смысл.  Вот  в  километре от него,  справа,  показался  последний  призрак  того  мира  – голодный,   белый   медведь  в  ужасе  шарахнулся  куда-то в  сторону  и где-то затерялся  среди  чёрно-белых  снегов. А  Мак-Вак продолжал свой путь.   Со стороны  могло  показаться,   что он движется  на  месте.   Но это  было  не  так.   Это  Земля   набирала   свои   обороты   и  вращалась   всё   быстрее,     раскручивая     вокруг   себя   всё   космическое   пространство. Стягивая его вокруг себя. Словно накручивая на могучее шарообразное  тело  ткань  всей  существующей  вокруг  себя   Вселенной.  Мир  менялся  с  каждым   шагом обитого ржавым железом башмака.  
  Тот  белый  медведь,   который  шарахнулся  в сторону  от этого    непонятного,     страшного   существа,    когда   оно  проходило  мимо,   стоял  теперь  у  огромного   куска  льда  и осторожно наблюдал за удалявшимся в сторону горизонта горбуном.  На  этой   безжизненной,   ледяной   равнине  он встречал его не впервые.   Об  этом  красноречиво  говорил отросток на его теле,  который раньше был левой передней  лапой.  Он знал, что от этого существа с мешком за спиной,   надо  держаться  как  можно  дальше.  Медведь   высунулся  ещё и внимательнее вгляделся вдаль. Да. Как он и предполагал,  горбун  почти  исчез.   Как  это  было не раз.  Вот он полностью   растворился  в снежной  пыли.   Теперь  можно выходить.    И   выйдя   из  своего  укрытия,   искалеченный     медведь     медленно   побрёл  в  поисках  более надёжного убежища.   С минуты  на  минуту  на  эту  тихую,  зловещую долину должна была обрушиться смертоносная, безжалостная буря.  Так было всегда,  когда  появлялся  Мак-Вак. Так будет и сейчас. Медведь это знал. Поэтому он побежал ещё быстрее.
 
 
http://www.youtube.com/watch?v=HJcxU67LX2s
   
: alien :
Вот прицепился!       2020.png
Зарегистрирован

Нет в мире силы, сильнее силы тока.
MAn
[Человечище!!!]







Пол:
Репутация: +403
Re: Рассказы друзей
« Ответ #23 от 01.03.2011 в 03:11:10 »

Да, мать-перемать, завтра уже первое марта - маквака за вами присылать что ли...    Сколько частей то будет, друзья?   Рассказывайте, рассказывайте...   :)
Зарегистрирован

Sir-Dorosh
[Черный Археолог]
Прирожденный Джаец

Инженерные войска




Пол:
Репутация: +242
Re: Рассказы друзей
« Ответ #24 от 01.03.2011 в 07:34:56 »

2MAn:  
Не гневайтесь - бо рассказ у разработке и даработке - вот есть несколько финалов.... : insane :
 
 12. - 2   (часть )
         
      И весь вечер был нервно-задумчив.
 
                 
   С большим трудом я открыл глаза. Осмотревшись по сторонам,  различил  тусклый свет.  Но даже этот тусклый свет   заставил  меня зажмуриться.   "Да.  Жалюзи - это то,  что  надо  купить  первым делом.  Иначе от  этого  света  никуда не деться",  думал  я,  стараясь сквозь прищуренные глаза  рассмотреть  свой  грязный, требующий  капитального  ремонта, потолок. Которого  не было.  Я открыл глаза шире.  Да нет.   Потолок на месте,  но какой-то странный.  Ладно, потом разберёмся.    Я снова прикрыл глаза, вырывая из памяти куски уходящего   сна.  Но  вспоминать ничего не пришлось.  Я  всё прекрасно помнил.  Проснувшись   окончательно,   я  как  никогда  почувствовал,   что    действительно    проснулся.     Всё    же  произошедшее,   несомненно,  было  сном.  Так  как  сейчас  я  точно знаю,  что не сплю. Я закрыл глаза и резко открыл.  Чёткости  больше  не  стало,  и я  потянулся руками, что бы их протереть. Но к моему ужасу, не смог.
  РУК НА МОЁМ ТЕЛЕ НЕ БЫЛО!
    Мне нечем было протереть свои затуманенные от страха    глаза.   В следующую  секунду я понял  ещё  одну  ужасную вещь.
 ТЕЛА ТОЖЕ  НЕ  БЫЛО !!!
  Я  посмотрел   под  себя  и  снова   начал   проваливаться  в чёрную  бездну сознания.  Но  вот чьи-то скорченные руки возникли у меня  перед  лицом и, сжав мою голову,   начали бешено  трясти.   Странно,  но я  не  чувствовал их прикосновения.  От этой тряски сознание снова вернулось ко  мне. И я понял ещё  одно  ужасное обстоятельство.
 МОЯ ГОЛОВА БЫЛА В БАНКЕ.  
  Это и объясняло туманность окружающего меня мира. Это объясняло и то,  что я не почувствовал  прикосновения этих ужасных, скрюченных рук к своей голове.
  Я посмотрел прямо  перед  собой.  Такого страшного лица мне ещё видеть не приходилось.  И я заорал.   Но мой  крик  остался   во мне  и  в  моей банке.  Уродливое лицо передо мной оскалилось.   И  я  понял,  что всё хорошее  для  меня в  этом   мире    закончилось   с   этой  секунды.    И  самое   ужасное заключалось  в том,   что  я  ничего  не мог  с этим  поделать.   Я не мог себя убить.  Хотя такое  моё состояние вряд ли можно назвать жизнью. Но я же мыслю, всю помню.   От  этого  мне  стало   ещё   ужаснее,   если  такое  вообще возможно. Как в огромной трубе, до моих прижатых стеклом ушей донеслись слова:
- Ори – кричи,  беспокойная голова.  Хорошая голова – это орущая голова.
   И он  рассмеялся так,  как  смеются  только сумасшедшие  и карлики из страшных сказок.  Я заорал.  А он снова начал трясти  банку  с  моей  головой  и смеяться.   Наконец,  ему видимо надоела эта  забава,  и он водрузил меня на место.  
  Не знаю, сколько я орал, но когда я понял,  что больше не кричу, ужасного горбуна  поблизости  уже  не  было. Я смел на это надеяться.   Можно  было считать,  что я успокоился.   Осматривая хижину,  а  это была именно хижина.  Деревянные потолки,   стены,  пол  –  всё отдавало средневековьем и ужасом.   Мой   взгляд  упал на почерневшие стены с полками,   на  которых   стояли   бесчисленные   ряды  банок  с головами.   И  все  были  живыми.  Почти   все  они   орали.   Вокруг   стояла   зловещая   тишина,   но  они  кричали. Это я знал точно.   Но самое ужасное находилось в центре этой   хижины.  Посмотрев туда один раз,  я старался из всех сил, оставшихся в моей голове, больше туда  не смотреть.  
  В  самом  центре  хижины  была  вырыта  не  глубокая,  но широкая яма. И эта яма до краёв, с горкой, была заполнена головами.   Человеческими головами.   Но не в банках.  Они лежали   страшной   кучей,   как  мусор,   который не нужен. В этом я не сомневался.   Ибо  эти  головы  не  орали.  Они были безжизненные, с остекленевшими глазами и открытыми ртами.  
 "ИСПОЛЬЗОВАННЫЙ МАТЕРИАЛ"  
табличка  с  такой  надписью  так  и  просилась  к этой яме.
Потому  что  именно так это и выглядело.   "Боже мой!  Куда я попал?!   Неужели это ад?"   Нет.   Это был не  ад..  Это место было намного страшнее всех адов вместе взятых. Это было  скопление,   абсолютный концентрат,   вместилище  страха.   Человеческого  страха.  Эту хижину так и распирало  во все  стороны,   и  было  видно,   как  стены  то  расширяются, то сужаются.   Она  дышала,  жила,  существовала,  благодаря кошмару внутри её.  Он был её сердцем. Что было за этими стенами не известно.  Но, что бы там не было, оно в любом  случае будет менее страшным.  
  Внезапно  маленькая  дверь  в  одной  из стен отворилась,  и  в хижину  ступил Мак-Вак.   В  руках  он  держал большой   мешок.   Очень  большой.  Постояв секунду, он начал брать  с полок банки и укладывать их в этот мешок.   Не знаю, чем  он   руководствовался,  но он брал не всё подряд,  а только выборочно.  Я почти не сомневался  -  то,   что  он отберёт, в  итоге будет лежать в той страшной яме.  Когда  его  руки потянулись  ко   мне,  я  подумал   "Может  это  и  к  лучшему. Наконец-то всё закончится"
  Уже во  второй  раз  мешок  над  моей  головой  завязался и свет погас. "Не менее двадцати, может тридцать",  прикинул  я в уме количество голов в мешке. Приблизительно столько сейчас находилось со мной по соседству. О чём думали эти люди,   оставалось  только   догадываться.    Но  то,  что их головы почти прикасались к моей и нас разделяло несколько миллиметров стекла,  ввергало меня в панический страх.  Хотя уже давно бы пора было привыкнуть.  Но  видимо этот горбун был мастером своего дела  и  страх  только  разрастался,    разрушая     мою     расшатанную,     человеческую сущность.   Это покажется странным,   но с другой стороны, то  обстоятельство,  что я не один.  Я  не  имею  ввиду,  что нас   много  в  одном   мешке.    Нет.     Совсем  не  это.  Не количество. Не соседство. А именно то, что такая страшная участь постигла не меня одного.  Именно это обстоятельство   приносило  мне облегчение.  Это конечно не правильно с точки зрения морали. Но мне было совершенно наплевать на  какую-то  там    мораль.    От  моей  жизни  не  осталось и следа.  И  если  что-то,   что можно считать чудом в такой катастрофической обстановке,   приносило мне облегчение,  то пусть так оно и будет.   Все мои размышления были прерваны   одним   махом.     Как  я  понял,   мешок   вытрясли. К счастью эта не была та  яма  с  мертвецами.  Может это и смешно,  но себя я считал живым.   В отличие от тех, в яме.   И уж лучше  прикасаться  через  стекло  к  живым  головам,   чем к мёртвым.    Думаю, что  такая  мысль  посетила  всех, собранных  в  мешке,   когда  нас  высыпали  в  телегу.  Как самые обыкновенные овощи.  И я не удивился,  если бы нас повезли  на  какой-нибудь  людоедский  рынок.   Похоже так оно и было.  Очень на то похоже.
  Старые,   деревянные  колёса   заскрипели,   и  груженная  телега  двинулась в путь,   управляемая  не  кем  иным  как Мак-Ваком. Мне повезло больше других – я оказался сверху и мог наблюдать,  правда  только  в одном  направлении, за тем, что происходит вокруг.  Телега  катилась  по какому-то древнему,  сплошь  утыканному  покосившимися  хижинами,  поселению.   Колёса  скрипели   так,  что  заглушали любые звуки,    если  таковые  вообще  имелись  в таком  мрачном,   мёртвом мире. Я ошибся.  Здесь всё же жили.  Видно  скрип  телеги разбудил обитателей этого ада. И из полуразрушенных строений начали выползать… нет не люди.   Это только  на  первый  взгляд они конечно же были людьми, руки ноги,   всё  как  полагается  но… Но… очень  большое  НО.  У этих людей не было голов…
  Это  навело  на  мрачные мысли  другого  порядка.  Стало  совершенно   ясно   –   намечалась    большая   распродажа   голов.    Из  хижин   начали   появляться    остальные.   Все стягивались и шли вслед за скрипящей телегой.   Сначала я насчитал десять,  двадцать тел,   но когда  цифра  достигла  первой сотни,  я  сбился  со счёта.    А  они  всё  выползали  и выползали.  Скоро их стало не менее тысячи.   И это  был  далеко  не предел.   Скрип  стал  невыносимым   настолько,  что казалось,   как  наши стеклянные банки его ещё выдерживают.   И тут я понял,   из-за чего  скрип  стал  настолько  невозможным.   Впереди  показалась   вторая   телега,   которая  тоже скрипела.   Этот двойной шум, сливаясь,  и был   таким  оглушающим. Эта телега двигалась в противоположную   сторону  по  той  же  дороге.  Когда  она  поравнялась с нами, моё сердце, где бы оно сейчас не было, задрожало.   В  этой  телеге лежали тела без голов.   И управлял ею ещё один Мак-Вак.  Точно такой же, как тот, который вёз головы. За  второй  телегой  никто  не шёл.  Но  вот  она  скрылась. Вскоре затих и её скрип.  
    Мак-вак   сидел   на   головах  и погонял…нет, нет, здесь  никаких лошадей не  было.  Телега  катилась  сама по себе.   Я  смотрел   на   эту   горбатую   спину.   Как  хотелось  мне  разорвать  его  на  части.    Если  б  только  я  мог.   Горбун обернулся. Глаза-горошины  впились прямо в меня. Так,  по крайней мере,   мне  показалось.   Из под  огромной  шляпы  свисал  дряхлый,  длинный   нос.    Среди   многочисленных бугров и наростов  с трудом можно  было  различить кривой рот.  Через секунду  я  был полностью уверен – он  смотрит  сейчас только  на  меня.   Эти  две  безжизненные,   чёрные  бусинки  глаз  сверлили  и  резали  меня  вдоль  и  поперёк.   Видимо,   он  прекрасно  читал  безумные остатки    мыслей   в  этой   трясущейся   повозке. И   моя   мысль  не  была исключением и явно  ему  не понравилась.   Он отвернулся.   Но я  знал,  что  все  мысли  этого  чудовища  были  сейчас заняты мной, моей головой.  
    У  этого  мира  была  одна  характерная черта.  Конечно,  здесь  всё было характерно и ужасно.  Но одно обстоятельство    прямо   било   контрастом  со  всем  остальным.  Эта  дорога,   по  которой   мы катились,  перекошенные хижины,    готовые  вот-вот  развалиться,  эти тела,  телега  -  все это имело  объёмный,   пусть  и  мрачный   вид.   Но вот то, что  было за хижинами, за пределами этого ада – было плоским, словно    нарисованным.    Серое   небо   сверху,   казалось  плоским   потолком.    Словно    всё    происходило   внутри большой  коробки с разукрашенными изнутри стенами.  Мне даже  показалось,  что  далеко  впереди  и очень  высоко  я вижу ту  полосу  сгиба  этого  короба.   Я перевёл взгляд на  Мак-Вака. И не ошибся. Он опять смотрел на меня. Не знаю можно  ли  было  ухудшить моё положение,  но,  глядя в эти сверкающие горошины,  я был уверен – этот сможет.  
  Он отвернулся.
 И  вот  телега   остановилась.    Это   означало,  что  наша кошмарная   судьба   сейчас  начнёт  идти ко дну  и окончательно   прекратит  своё  существование.   Вокруг   повисла зловещая    тишина.    Повсюду   стояли   и   раскачивались безголовые.  Как  я  догадывался,  дальше начало происходить то,   чего я и боялся больше всего.   Мак-Вак спрыгнул  с  телеги  и  начал  свою  адскую  работу.   Одна  за  одной,   головы с телеги   водворялись  на   разорванные  шеи  этих  созданий.   Если  сначала  я думал,  что сейчас произойдёт очередное зловещее  чудо и  головы  обретут тела и начнут существовать  как одно целое,  то здесь я ошибся.  Об этом  не было и речи. Головы, может, и срослись, но всё существовало само по себе. Об этом говорило хотя бы то,  что все  они срастались  с шеей совершенно бессмысленно.    Редко    какая   голова     принимала    своё    обычное     положение  относительно   тела.    В  основном  это  были   совершенно уродливые положения.  Как  Мак-Вак  их насаживал, так они и оставались.  Попадёт  передом, значит передом. Попадёт боком,    значит   боком.   Видно  горбуна  это  не заботило.  Впрочем,  как  и  владельцев  своих  новых   голов.   Банки,   разумеется,   разбивались.    Причём   делалось   это соответственно  этому  безумному   миру:   тело   разбегалось и  билось головой о первую ближайшую  стену.   Причём  сила удара  была   такова,   что  хижины   сотрясались,   и  кровь лилась рекой,   глаза выскакивали, трещали кости.  
  Скорченные   руки   горбуна   достали   очередную  голову  и мне почему-то показалось,   что  очередь  до  меня  будет  идти  очень долго,   если вообще дойдёт.  Передо  мной  до сих   пор  стояли    безжизненные    горошины    глаз   этого чудовища.  Нет. До меня очередь не дойдёт. Вот  ещё  одна  голова   обрела  шею  и   уже через секунду была смята  об ближайшую   стенку.    Ещё  одна.    В телеге  осталось  три головы.   Моя была одной из них.  Я смотрел теперь  только на Мак-Вака. Где-то  вокруг этой телеги витала моя смерть.  
   
Я это чувствовал.      
 

Вот прицепился!       525.png
Зарегистрирован

Нет в мире силы, сильнее силы тока.
MAn
[Человечище!!!]







Пол:
Репутация: +403
Re: Рассказы друзей
« Ответ #25 от 12.03.2011 в 06:08:29 »

Хромой, безногий, плешиво-вшивый, чахоточного нездорового цвета белый медведь был нервно-задумчив.  
Проблески памяти, пробивавшиеся через его изъеденный склерозом разум, позволили ему уверенно опознать  горбатого старика с бородой из ваты, мешком за плечами и лыжной палкой в руке.  
ЭТО БЫЛ  МАКВАК.
Буря! Скоро  грянет буря! - подумал медведь. И спрятал тело жирное в торосах.  
О судьбе бедного животного более ничего не известно. А весь вечер был нервно-задумчив...
Зарегистрирован

Sir-Dorosh
[Черный Археолог]
Прирожденный Джаец

Инженерные войска




Пол:
Репутация: +242
Re: Рассказы друзей
« Ответ #26 от 10.04.2011 в 11:29:10 »

       13.
 
 
 
   Я  никогда  не  мог  понять,  как  действует этот механизм  перехода  сна в реальность.   Точно  так же  обстояло  дело  и  в  обратную  сторону.    Никак  не  уловишь  этот  момент погружения в сон.  Как бы там ни было,  но  я  был  рад, что такие  явления  вообще  существуют.   Ведь если бы  ни это  пробуждение,  а  оно  всегда  спасительное,  то не известно  чем бы  всё  закончилось  в  том  ужасном  картонном  мире Мак-Вака.  Но с другой  стороны,  если бы я не заснул,  то и не  было  бы  никаких  кошмаров.   "Да ну его к чёрту!",  резко поднявшись с дивана, я направился к шкафу.
  В нём  ничего  не было.  Чего и следовало  ожидать. "Ноэл, Ноэл,  Ноэл. Ты скоро сойдёшь с ума. Что ты хотел здесь увидеть?  Это же был  сон.  Когда  в  последний  раз  у  тебя здесь что-нибудь стояло?"  
  Я  прошёл  на  кухню  и  посмотрел  в окно.    "Ага!  Никаких песочных   замков. Отлично! "  Утро начиналось неплохо.  
- Жена! - заорал я.  -  Где мой кофе?!  
 А в ответ тишина. Или может надо кричать:   "Кофе!  Где моя жена?!",  или  "Моя!  Где жена!  Кофе?"    Ну,  вот и поговорили. Я снова посмотрел в окно.  Ни кофе, ни жены у меня не бы-ло.   Единственное,  что  было  в  этой   квартире,   так  это сигареты. Я закурил. Сон никак не выветривался из головы.  Никакой  связи  с настоящим.   Кроме  Харначиков.    Эти-то  реально  существовали  и  были отличными ребятами.   Всё же  остальное,   я  неопределённо  взмахнул  рукой,   бред,  ужасная  фантазия - последствия  алкоголя.   Я  любил  по-размышлять наедине с собой. А кто не любит?  
  На  кухню  тихо  и  осторожно вошла  Кэтти.   "Странно, как это  тебя  ещё  не   угораздило   попасть  в  мой  сон?",   думал я, разглядывая большую и чёрную как ночь кошку.  
- Мяу.  - Кошка с лёгкостью  запрыгнула  на  единственный  стул  и  стала смотреть на меня.
- Могу предложить только покурить,    -   ответил  я  на  её взгляд ,наглого курильского бобтейла.
- Мяу.
- Не хочешь?
- Мяу.  -  Никаких интонаций.   Просто - мяу.   Разговор  не клеился.  
  Кэтти  вытянула  голову   к   моей  руке  и  начала  нюхать  дым от сигареты. Я   решил  руку  не убирать и посмотреть,   что  будет  дальше.  К моему удивлению кошка не только не убрала голову,   а  начала лизать возникающий от сигареты дым. Я замер.  
  И тут зазвонил  телефон. Я положил сигарету в пепельницу  и  пошёл поднимать трубку.  
- Ноэл, это ты?
- Нет.   Он  умер  сегодня  ночью.   Ему  отрубили  голову. А    с   вами   разговаривает   его  овдовевшая   кошка,  - ответил я,  узнавая злобный голос своего редактора.
- Кстати о головах Ноэл!   Что,  чёрт возьми,  за статью ты   тут мне подсунул?!! Тебе же ясно было сказано. Коротко!   Ясно!   Более-менее вменяемо!   Простой протест против  смертной   казни!    Какая  к  чёрту  гильотина?!   Ты что, издеваешься?!   Расписал тут во всех красках…
  Дальше  я не слушал.  Я всё думал   "Интересно, почему она лизала дым?"   Стараясь  припомнить,    как  ко  мне   попала Кэтти,  я  поглядывал на открытую в кухню дверь.   "Наверно подобрал   где-то  на  улице?  Или  в  подъезде?".     Редактор попрежнему  орал,  но  и  я  по прежнему его не слушал.  "Или, может быть, подкинули  под  дверь.   Подарили?   Да.  Точно.  Вроде бы  мне  её  подарили. Наверно".  
- …через пол часа!  Иначе ты свободен.  Как ветер в твоей голове, -  прорвался в мои мысли редактор.
  Он уже закончил и спокойно положил трубку.  
- Хорошо,  - ответил  я и  тоже  положил   трубку.  -  Кэтти.   Кис-кис-кис.  
 В следующую  секунду  кошка появилась в дверном проёме и уставилась на меня.  
- Мяу.
- Да-да, помню. Сейчас пойдём.  
  Я начал собираться.  Если бы  ни эти  утренние прогулки с кошкой, я бы уже давным-давно  загнулся  в этой  квартире,  запылился  и  рассыпался.   Бросив  мрачный  взгляд на за-крытый ноутбук,  я открыл двери, и мы вышли.
   
          ----------------------
 
  "Нью-Йорк!   Вот и я!     Со своей кошкой!",    заорал  я  в  душе, выходя    на   залитую    утренним   солнцем   улицу.   Кэтти   выпрыгнула  с  рук  и  начала  копаться  в  песочнице.   Мне ничего не оставалось, как наблюдать за ней.  
- Доброе утро, Ноэл! - раздался голос сверху.
  Я поднял голову и увидел Джонни Харначека,  высунувше-гося на половину из  своего окна.  В первую секунду сердце  моё  ёкнуло.  Всё  же  сон  давал о себе знать.  Но ведь это был только сон. Я улыбнулся. Как никак мы были хорошими соседями, пусть и не друзьями.
- Утро  доброе,   Джонни!    Что  нового?    -   прокричал  в ответ я. -  Как  идут  дела  в  твоём  питомнике?
  Этот   питомник   заслуживает    отдельного   упоминания.  Правда, я там ни разу не был, но не в этом суть. Я многое о нём знал.  Джонни Харначек:  родом  из  Норвегии,  могучий  человек.   Одним словом - великан, занимался разведением Гризли.  Если кто не знает  -  это  медведь.  Причём  самый большой.  Где-то  на самой окраине Нью-Йорка у него была самая настоящая ферма.  Мы не раз  разговаривали  на эту тему,  и мне было  более-менее понятно,  для чего сущест-вуют   подобные    питомники.    Во-первых - зоопарки.   Это постоянная    клиентура.    Во-вторых  -  цирки.     К  той  же категории.  Далее идут заповедники.   Это  будет в третьих.  На этом список законных применений Гризли заканчивается и  начинается   список  обратного толка.   А это,  во-первых   - "Отличный охотничий трофей!",    как   выражался Джонни, когда был пьян, а это бывало. Эти развлечения для состоя-тельных  клиентов,  наверное,  приносили  немалый  доход.   Этого  я  не  знаю.  Говорю  только  то,   что   предполагаю.   Во-вторых - чучела.   Здесь   клиентам  отбоя  нет.   Только  успевай  выращивать  да набивать.  В связи с этим  вторым пунктом   хотелось  бы   рассказать  ещё  кое-что,    но  уже    связанное непосредственно со мной.  
  Ненавижу чучела.  Любые.  Вообще  любое  искусственное подражание любой жизни мне не нравится.  Но, чучела.  А в частности чучело медведя Гризли,  меня просто выводит из  равновесия   при   одном  только  упоминании.  Это  ужасно  и страшно.  Находясь  на расстоянии  двух,  трёх метров от него,   ты забываешь, как бы ты не старался, но ты забыва-ешь,  что это - чучело.  Дальше можно не рассказывать.  
  Вы  спросите,  откуда  такая  тщательная  информирован-ность? Но ведь мой сосед по площадке, занимается именно такими  вещами.   Иногда  я задаюсь  вопросом,  почему бы ему не переселиться к себе на ферму и спокойно жить себе среди своих медведей,  кабанов и ещё, бог знает  там чего.  Но  видимо  ему  не  хочется.  Это  его   дело.    Но  дело  в общем-то не в этом.  А в том, что одно из таких чучел  име-ется  в  квартире  Джонни Харначека.    "Не самый большой  экземпляр…",     говорил пьяный хозяин, похлопывая  своей огромной рукой по гигантской,   клыкастой  морде  медведя. "…В эту халупу не влезет   даже  средний,  не  говоря   уже   о   самом  большом…"   Меня так и подмывало сказать ему:   "Так в чём же дело? Давай на ферму! Тебя там заждались!"   Но это были только мои мысли, тоже не совсем трезвые.  
  Итак,  мы отдалились  от самого  главного.   Всё то,  что я  рассказал выше понятно.   Так же  можно  понять и то,  что,  видя  довольно  часто это чучело, можно к нему привыкнуть   (ко мне это не относится).   Привыкнуть   можно  вообще  ко всему.  Но  самое  главное  в этом  явлении  то,  что  в  нём существует один  единственный,  исключительный   момент - это  когда  ты видишь,  или делаешь что-то  в первый раз. Именно этот первый раз  -  главный.  Остальное лишь хвост кометы.    Увидев  это   чучело   Гризли   в  первый  раз,  я,  разумеется,  не понял,  что это всего лишь солома, обтяну-тая кожей.  Меня долго не могли успокоить.  Чем-то  поили,  чем-то кормили  и т.д.  Считалось,  что если меня поднести   к   чучелу   и   заставить   потрогать,    т.е.  убедиться,   что  это  не настоящий медведь,  то я сразу  успокоюсь  и приду сразу в себя.   Харначек ошибался  -  это не помогало.  Или  может быть  ему  просто  нравилось  меня  пытать,   раз  он пытался успокоить меня таким образом, хотя видел, что это не помогает.  Вот так я приобщился к его делу. Бизнесу, так сказать.   И  сейчас  этот  огромный,  волосатый  бизнесмен    высовывался  из окна  и  мило улыбался. А я знал, что там, за его спиной, в прихожей стоит оно…
- Отлично!    Привезли   новый    экземпляр,    -   он  хитро подмигнул,  давая  мне понять,  что здесь дело не чисто. - Такого ещё никто не видел.   Даже Шер-Хан его боится.
- Да?   -   я  старательно   пытался   проявить    интерес  к  разговору. - Даже Шер-Хан?  
  Что-то внутри мне  мешало. Скорее  всего,  это был страх. Но вот чего я боялся, определить не мог.  
  Шер-Хан?   Нет,  это,  к счастью,  не  тигр.  Но  от этого не легче.   Этот  ужасный   волкодав   наводил   ужас   на   всё население нашего района.   Да,  такой человек, как  Джонни Харначек  не  заведёт   таксу.    Не  его  масштабы.   Кэтти,  копалась  в  песке,  но  когда  в  воздухе  зависло это слово "Шер-Хан", она застыла.  Мне  показалось,  что  даже птицы на деревьях и те замолчали.  Это был ужасный пёс.  Не раз мне  хотелось  его  пристрелить. Было  бы  только  из  чего.  Весом  под  двести   килограммов,    высотой  с  дом,   весь заросший, лохматый и вечно грязный,  он обитал на той  же  лестничной  площадке, что и я, в квартире напротив. Люби-мец  Джонни  Харначека.   Если даже это чудовище боялось чего-то там привезённого,  то нам,  остальным,  оставалось только бежать и бежать.
- Не хочешь посмотреть Ноэл?  Ты ни разу не был на моей ферме.  Мы же соседи.   -   Харначек  улыбался,   словно  говорил о птичках, которые  уже  давным-давно поразле-тались от греха подальше.
- Я бы рад. Но редакция. Меня там скоро убьют.  
- Я так и знал. Ты всегда это говоришь. Эта твоя редакция действительно  загонит  тебя  в  гроб.   Но  если переду-маешь, заходи,  -  сказав  это,  Джонни махнул мне рукой и скрылся где-то в квартире.
   Вместо  него тут же появилась ужасная  морда  Шер-Хана   и уставилась сначала на  меня.   После  чего  взгляд  пере-местился  на  Кэтти в песочнице,  и глаза налились кровью.   Даже отсюда я это увидел.  Кошка  тоже  смотрела  на него.  Ни звука,  ни рычания,  ничего,  просто  взгляд   друг другу   в глаза.   Я  поспешил  взять  Кэтти  на  руки  и  направился   к машине. Садясь за руль, я посмотрел на окно Харначеков.    Шер-Хан  по-прежнему  не  отрываясь смотрел на нас.  
   Вот  такое   соседство.    Добродушный  великан,   чучело огромного медведя и собака, которая видимо этого медведя  и загрызла  -  с одной стороны.  На  другой  же  чаше весов сидели   скромный   журналист,    со  своей  кошкой.   Были, конечно,  и другие соседи,   другие люди.  Нью-Йорк - город большой,  но в эти минуты  мне было не до них.  Подъезжая  к   редакции,     я   старался    переключиться   на   рабочее состояние,   но  мои   мысли  снова   и  сна возвращались  к питомнику и его хозяину.  
Зарегистрирован

Нет в мире силы, сильнее силы тока.
Sir-Dorosh
[Черный Археолог]
Прирожденный Джаец

Инженерные войска




Пол:
Репутация: +242
Re: Рассказы друзей
« Ответ #27 от 14.08.2011 в 09:56:32 »


КУ-КЛУКС-КЛАН
 
           1.
 
         1930г. сентябрь
 
- Господа! Голосуем.
- Джон! Да брось ты молоть чепуху.   Какое «Голосуем». И так  ясно, что все  «За».
   Тот,    к   кому   обращались,    грозно  посмотрел  на  говорившего,  после  чего  тот осёкся и больше не произносил  ни   слова   до  конца  этого  странного   собрания.  А Джон повторил:
- Голосуем!
  И маленький,  красный  ящик  быстро пошёл  по  рукам.   Вскоре  он  обошёл  всех  присутствующих  и  оказался  на небольшой,   выполненной   в  форме   креста,   подставке.   Сотни раздражённых глаз были  устремлены на человека, стоявшего возле креста. Он  был одет в длинный  балахон  алого   цвета. Сверху   это  одеяние   заканчивалось остроконечным колпаком, который  полностью   скрывал   лицо человека.  За исключением глаз.  И сейчас эти  глаза  внимательно  осматривали тёмный зал,  где  толпились  в  ожидании одна, а то и две сотни людей.  Все они, до единого, были облачены точно в такие  же наряды,   как и человек у креста.   Но их одежда  была  белого  цвета.   Помещение   освещало несколько свечей и это придавало ему довольно зловещий вид. Находилось оно  на  самой окраине  города. Все окна и двери в нём были плотно заколочены досками.  Разумеется,  кроме  той,  через которую  эти  люди вошли. И запасной,  через  которую,   в  случае  опасности,  можно быстро   бежать.   Стояла  непроглядная  ночь,  в  которой  даже яркая луна и та потерялась.  Но это вовсе не помешало собраться здесь всем этим людям в одно время,  для одной общей  цели.  Ибо эта цель для них святая – это Закон.  Их  закон. И с ним  надо  считаться.  Поэтому  человек  в алом  балахоне, именуемый Джоном, взялся за дело. Он перевернул  коробку   верх  дном  и  высыпал   содержимое  на  выступ креста.  После чего начал разворачивать сложенные листки бумаги   и  читать   вслух.    Остальные   тем   временем  в нетерпении молчали и ждали.
 
-   Да! – кричал Джон, и его рука опускала клочок бумаги на весы, вмонтированные в крест.
- Да! – кричал Джон,  и  вскоре  всё  содержимое  ящика перекочевало на одну чашу весов.    
   В  толпе  кто-то  хмыкнул,  мол, естественно «Да!».  Кто-то  рассмеялся,  но тут же смолк.  Джон сделал знак рукой кому-то в глубине помещения.   После чего оттуда вышли два здоровяка, каждый под два метра ростом.   Их балахоны были черны, как ночь.  Они скрылись  в  оной  из  комнат  и   через    минуту   вытащили   огромный,   шевелящийся  мешок и кинули  его  в большой,  красный чан с кипящей смолой,    стоящий  в  центре.     Все   присутствующие,  не  отрываясь, следили за их действиями.  А это было  только начало.   Впереди была длинная ночь и будет очень хорошо, если  они успеют  всё  закончить к рассвету.  Ведь столько виновных   у  них  не  было  ещё  никогда.  Да,  надо  было основательно поспешить.   Все  молча  принялись за дело, после  чего  работа  закипела  и  из  трубы  торчавшей   на  крыше     повалил    густой,    чёрный   дым.    Вся   округа заполнилась тяжёлым, отвратительным смрадом. К рассвету труба ещё дымилась, но помещение было уже совершенно безлюдным.  
 
 
 
 
          2.
 
      ДЕСЯТЬ ЛЕТ СПУСТЯ
 
 
   В голой,  тёмной  камере сидели двое.   Через маленькое,  зарешёченное  окошко  под  потолком пытался пробиться слабый лучик солнца. За толстыми стенами стояла лютая зима,  и в  камере  был  жуткий холод.  Всё было  покрыто  густым слоем инея.   Заключённые были облачены в тонкие   полосатые   робы  и  точно такие же кепки.  Вместо  обуви на ногах у них были намотаны какие-то грязные  тряпки.  Оба дрожали и, обнявшись, пытались согреться.  Внезапно  дверь в камеру открылась.  В проёме появился громадный  человек в форме.   Рукава  его мастерки были засучены до локтя. В руках он держал большое ведро с водой. Судя  по пару, струившемуся над ведром,  вода была очень горячей.   Постояв несколько секунд и понаблюдав за парочкой,   он   зашёл  и  вылил  содержимое ведра на пленных.  Которые после  этого  сразу   же  потеряли   сознание,   что  привело вошедшего   в   безумную   ярость,   и  он  начал   избивать обоих  пустым  ведром,    пока  то  не  превратилось  в  бесформенную   груду    металла.   Немного  успокоившись,   громила вышел из камеры,  с грохотом   закрыв  за  собой  дверь  и оставив лежать избитых людей в луже замерзающей воды и крови.  
  Через некоторое время дверь снова отворилась  и в камеру   вкатилась   тяжёлая,  металлическая   тележка.  Мощные,  волосатые   руки  легко  перекинули  два  окровавленных   тела   на  гладкую  поверхность  тележки.   После чего она  покатилась  по  длинным, мрачным  коридорам, оставляя  за  собой густой, кровавый след. Спустя несколько минут,  тележка  въехала   в большой,   грузовой   лифт,   который  начал не спеша погружаться глубоко под землю.   Чем ниже он опускался, тем теплее становилось вокруг.  Вскоре жара стала  совсем  не  выносимой.   Глубоко  под  землёй лифт, наконец, остановился.   Пленных   вкатили  в  небольшой,  ярко освещённый кабинет, где их выкинули на пол.  После чего человек с тележкой удалился,  аккуратно  притворив  за собой дверь.
   В  кабинете   было   поразительно   чисто   и   прохладно.  На полу лежал пушистый ковёр. В дальнем углу размещался  дубовый стол.   На стене,  прямо над столом, висел  большой   портрет   фюрера.     Под  ним   в  кожаном   кресле   сидел невзрачный   человечек   в  очках,   изучающий   какие-то  бумаги.     Он  бросил   взгляд  на  вновь   прибывших.   Те бездыханно   лежали  посреди  большого   металлического листа, который  грозно   поблёскивал  на  полу,   отхватив  лихую  четверть от персидского ковра.    Лысый  очкарик снова углубился в свои бумаги.  
   Наконец  он  их  просмотрел  и теперь,  не  отрываясь,  и  в полной тишине стал наблюдать за пленными.  Его  рука  потянулась  к  кнопке  на  столе,  и он уверенно её вдавил. Раздался    треск   и   два  тела   на   металлическом   листе скорчились в агонии.  Несмотря на сильный электрический разряд,   это  всё  же  привело  их  в  чувство  на некоторое  время.   Один  из  них приоткрыл глаза.   В  дальнем углу, за большим столом,  хищно   поблёскивали  стёкла  очков.   Взгляды   встретились.   Этого  было  достаточно,   что бы допрос начался.
- Итак.    Джон Маккензи?  Американец?    –   это   было  скорее   утверждение,  чем  вопрос  и  очкарик  перевёл взгляд на лежащего рядом с Джоном.
- Смит  Коннектут  –  та же нация.    –   Ещё один вопрос подтверждение.  
 Очкарик  продолжал:
- Америка - хорошая земля, величественные города… Я прав?
- Абсолютно! – громко прохрипел Джон.
   Очкарик  был  немного удивлён.   Он  не  ждал  ответа и теперь посмотрел на оборванца несколько по-другому.
- …Порядок?   Мир?   Добро?     И,  наконец,   Человек –  как  личность?  –  очкарик   не отрываясь  смотрел  на Маккензи, который пытался приподняться,  опираясь  на стены. -   …Семья?  Свобода?  Добропорядочность? Человечность?    Список  длинный  и,  на  мой   взгляд,  довольно скучноватый.   Опустим эти глупости, но вот здесь… - он помахал одним из листков    - …я обнаружил кое-что интересное. Цитирую:
 
         «WORLD NEWS
      КУ-КЛУКС-КЛАН!!!        
 
    Сегодня на одной из окраин Невады, в одной из старых, заброшенных   ферм,   найдены   тела    двухсот   тридцати  человек негроидной расы. Обожжённые до не узнаваемости,   их тела,   огромной,  бесформенной кучей лежали в центре заколоченного помещения.
    Из  медицинской  экспертизы  следует,  что  несчастных сначала   всовывали  в мешок,   для   каждого  отдельный.   Затем  погружали в чан с кипящей  смолой.   И  уже после этого   их,   на  девяносто  девять  процентов мёртвых,   но  всё же ещё живых,  складировали в специально…  Заметьте… СПЕЦИАЛЬНО  приготовленную печь. Где окончательно   сжигали,   или,  как принято говорить в  цивилизованных  странах – кремировали…»
 
  Очкарик прервался и посмотрел на Маккензи,   который  к этому  времени  уже  стоял  на ногах и обречёно смотрел на офицера Гестапо.   Джон  понял,  что вот  и пришёл его судный день.   И пришёл в образе  этого лысого очкарика.  Тот усмехнулся и, взяв со стола другой листок, продолжил:
- Цитирую.
 
 
 
 
     
  «1939г. 15 декабря. Штат Миссури. WORLD NEWS.
 
       СМЕРТЬ И ПРОЩЕНИЕ!!!
 
   Америка  потрясена   Второй  Мировой Войной! Но  ещё  большее   потрясение   она    испытала  в  эти   дни,   когда открылась ужасная правда того далёкого сентября 1930г., преступления больше известного в истории человечества,    как     «ОГНЕННАЯ НЕВАДА»,     когда  двести  тридцать  афроамериканцев    заживо   сгорели   в  расистском   огне    дьявольского КУ-КЛУКС-КЛАНА.  И сегодня преступники   понесут свою заслуженную кару.  И пусть сегодня  смерть  будет  их  билетом  в  ад,   где  они  будут   расплачиваться вечно. Вот их имена:
          Джон Маккензи
          Бред Войт
          Ричард Грог
          Смит Конектут
          … »
   
   Очкарик поднял глаза на Маккензи.  После чего  отложил  листок  и  подошёл к пленнику вплотную.   Почти касаясь его, он произнёс:
- Я не буду  выпытывать  у  тебя,   как сталось так,   что ты   оказался на этой войне.   И  уж  тем  более   мне  не  интересно,  как  ты  избежал  той кары,   восхваляемой этой газетой.   Но  я  хотел  бы получить ответ на  один  единственный  вопрос.   –    Он  выдержал  небольшую паузу  и  продолжил.   –   Почему  развязав  ту  войну, у себя на Родине,  ты  в итоге  потерпел  поражение? Где ты допустил ошибку?  
   В  тишине  ярко   освещённого кабинета раздался  голос,   собравшегося  с силами человека:
- Ошибку  допустил  не я, а тот, кто сотворил  человека,   начинив  его до краёв противоречиями и невероятным  упорством.   В итоге  эта смесь  детонировала и истина   вылезла   наружу,   обнаружив своё неоспоримое  я.   И   можно вечность провести в поиске этого творца,  каждую секунду   натыкаясь   на   правильный  ответ  и  уже  в следующую   секунду  находить новый, осознавая,  что  предыдущий   был  ошибкой.   Но  рано  или поздно ты снова    возвращаешься   к   своему    первому,    якобы правильному   ответу  и  уверенно  осознаёшь,   что  он всё же и есть то правильное  решение,   но   уже  спустя  секунду  ты  снова в поиске.  Для  кого-то эти периоды могут  длиться очень долго,  превращаясь  в  вечность. Но  для  кого-то  и  эта вечность может   длиться   одну  секунду.     Поэтому я потерпел  поражение ещё до того как  развязал войну тогда.   Вся  моя  жизнь  – это одно большое   поражение,  которое  превратило  эту  самую жизнь в одну секунду.  И сейчас, находясь по эту сторону от неё, я не знаю,  что я скажу  оказавшись на кончике стрелок этих противоречивых часов, когда они сделают свой следующий ход.
 Очкарик    внимательно    дослушал   его   до  конца и улыбнулся.
- Ну что ж.   Твой  ответ меня устраивает.  Я  думаю, что  наши   часовщики  разберутся в механизме  тех  часов, о   которых    ты  толкуешь,   и  заставят  их   работать, отсчитывая секунду за секундой,  до тех пор,   пока  ты   снова  не   найдёшь  правильное  решение  и не будешь  готов  одеть  свой  алый  балахон  и  колпак, не только на себя, но и на своего друга. Это я тебе обещаю.
 
     
 
 
   Пленных  унесли, а офицер  Гестапо Отто фон Гельцер  уселся  за  стол  и взял   чистый  лист  бумаги.   Спустя некоторое   время он закончил писать и поставил свою печать. Документ гласил следующее.
   
 
          ПРИКАЗЫВАЮ
 
    Собрать  подробную информацию  о  действовавшей   некогда    на  территории   США  тайной   организации   «КУ-КЛУКС-КЛАН»   и исходя из неё,   сформировать необходимое  количество подготовленных подразделений. С целью дальнейшего их внедрения   на оккупированные    территории, с последующей, активной деятельностью.    Всю идеологию и средства воздействия этой  организации сохранить в первозданном виде.  Подразделения обеспечить  всем необходимым. Использовать, как  психологическое  оружие, вносящее  разлад во вражеские войска.
  Кодовое название операции  «МАККЕНЗИ».
                   
           Отто фон Гельцер  

Вот прицепился!       Blind.jpg
Зарегистрирован

Нет в мире силы, сильнее силы тока.
MAn
[Человечище!!!]







Пол:
Репутация: +403
Re: Рассказы друзей
« Ответ #28 от 15.08.2011 в 21:46:57 »

Э, Дорош...  какой-такой Маккензи?    
Харначек ведь был, Джонни Харначек
Зарегистрирован

Sir-Dorosh
[Черный Археолог]
Прирожденный Джаец

Инженерные войска




Пол:
Репутация: +242
Re: Рассказы друзей
« Ответ #29 от 16.08.2011 в 11:33:23 »

Извиняй брат - отступил в сторону аки еритик  -
 
 
- Ну и чудовище. Скажи Кэтти.  
  Я  знал,    моя   кошка   меня   понимает,   и  любил  с  ней разговаривать.  Она  всегда   меня   внимательно  слушала.  Изредка мяукала.   Ей, как и мне,  Шер-Хан   явно был не по душе. Но, что поделать.  
- Такова  жизнь.  Ведь и  мы  с  тобой  этому  Шер-Хану не нравимся.   Или  ты  думаешь,  он  так  смотрел  на  тебя исходя из великой к тебе любви. -Кэтти хотела мяукнуть, но только, как большая рыбка, открыла рот.  
-  Да-да, -  продолжал  я философствовать.  - Вижу,  ты со мной  согласна.  Ну, я пошёл.  Меня ждёт моя гильотина.   Скоро вернусь, и мы придумаем, что нам съесть.  
  Оставив   кошку  в  машине,   я  направился   в  редакцию.   Весна  чувствовалась  необыкновенно сильно.  Особенно  в этой  части  города.   Где самое  высокое  здание имело  не более шести этажей.   Каждый мой шаг по тротуару, каждый    взмах  руки,  любое  движение,  доставляло мне удовольст-вие.  Такое  может  сделать с человеком  только  весна.  Ей присущи  свои  собственные,  единственные  в своём  роде,  краски,  звуки и ароматы.  В такие моменты мироощущения,   оптимизм   возникает   как  по  волшебству  и,  подхватывая    тебя под руки,  несёт по этому радостному  течению.  А на-встречу   только   цветы,   только   смех,   тепло  и  солнце.   Я обернулся,  что бы взглянуть  на Кэтти.   И я угадал - она тоже  смотрела  на  меня.   На секунду  мне показалось, что она   улыбнулась.  А  почему  бы  и  нет.  Ведь  кот  Льюиса Кэрролла   улыбался,     так   почему  же  и  моей  Кэтти  не улыбнуться.  Тем более вокруг весна!
   Я  перевёл  взгляд  на  окно  редактора,  в котором  стоял   редактор.   Видно дальше четвёртого  этажа  весна  ещё не   добралась.     Этот   Шер-Хан   в человеческом  обличье  не  улыбался.  Хотя иногда поржать был не против. Но, это был не тот случай.  Меня встречали у самых дверей, чего рань-ше не случалось.   Билл Крокет  -  наш редактор, услужливо   отошёл  в сторону и пропустил добычу. Я вошёл, и ловушка за моей спиной захлопнулась.
   Он  обошёл  меня  и  ввалился  в кресло,  закинув нога за ногу.  После чего спокойно спросил:  
- Скажи мне Ноэл, кто придумал гильотину?  
- Терри Финч,   -   ответил  уверенно  я,   каждую   секунду ожидая удара  в самое сердце.
- Гм. Терри Финч?   Хороший малый,  не так ли?   На  твой взгляд конечно. - Крокет нагнулся и достал  из-под стола  небольшую  гильотину,  после  чего  выставил  её  перед  собой на всеобщее обозрение.  
-  Ну? Что скажешь? - он кивнул в сторону  предмета.
- Это гильотина.  
- Я вижу, что - это!!!   -    внезапно   заорал  взбесившийся редактор.
  Он  молниеносно подпрыгнул в кресле и подскочил ко мне,  готовый сожрать  целиком.  Моя весна,  где ты?   Она  меня  забыла.   Открыла   окна и уплыла.    Мир  вокруг  почернел  и  покрылся мраком. Меня  опять  хотят казнить. Я взглянул на  маленькую  гильотинку  на  столе.   Крокет  уловил  мой взгляд и посмотрел туда же.  
- Завтра в шесть утра Голем Ман умрёт!  - он не мог долго разговаривать спокойно.   -  И его смерть будет на твоей чёрной совести!  Боже мой!  Да о чём я говорю, и с кем?!    Какая  совесть?     В  общем  так.    Собирай   манатки  и проваливай. Что б духу твоего через пять минут здесь не было!
  В  этот  момент  в  окно  влетел  свежий  поток  воздуха. А вместе с ним забытая весна  и… бабочка.    Я не отрываясь проследил за её полётом.  Покружив над головой  красного,   как  рак,   редактора,    она   села    прямо   на    зловещее, миниатюрное изобретение Терри Финча.    Её яркая окраска   невольно приковывала к себе взгляд.   Крокет на мгновение  умолк,   глядя  на  это создание, так бесцеремонно его пре-рвавшее.   Он взял журнал и со всей дури ударил.  Всё, что лежало    до  этого  на   столе,   разлетелось  по  сторонам.  Кроме груды металлических обломков и бабочки, погребён-ной под этой кучей.
- Вон! -   он  указал  мне  свёрнутым  журналом  на  дверь,   довольный результатом проделанной работы.
  Мне  так  и  не пришлось  ничего  объяснять,   первый  раз  за десять лет.  "И стоило мне ехать?",   думал я, оставляя за собой логово этого  Люцифера печати.   Но это было не всё сказанное  им.  Подходя  к машине,  где  меня ждала Кэтти, я услышал ещё кое-что:
- О   деньгах   можешь забыть.   Ты  ничего  не  заработал  за   эти   годы, - прокричал он из окна, после чего закрыл его.
   
        -------------------------
 
  Как только я сел в машину, почему-то  снова  вспомнилось   огромное чучело Гризли в прихожей Харначиков. Мне стало не  по себе.  И  я  посмотрел  на  заднее  сидение,   видимо  ожидая  увидеть  там  это  страшное  чучело.  Но  в машине были только я и Кэтти.  
- Ну  что,   моя  дорогая.     Можешь  меня  поздравить.   Я  свободен как ветер в моей голове.  -   Как на зло,  на  ум   пришли  именно эти слова ненавистного  мне  редактора.
- Мяу, - она всё понимала. Я это знал.
- Это дело надо отметить. Тебя ждёт великолепный обед.  
  Я  достал  бумажник.  "Четыре сотни.   Ну что ж,  это  ещё  не  конец   света".  По дороге  домой  мы  заехали  в ближайший   магазин и купили всё,  что  требовалось  для нашего празд-ника.   Подъезжая  к  дому,   я  заметил  фургон  Джонни.  И опять что-то глубоко внутри у меня сжалось.   Нет,  это был не тот  старый фургон  из  моего сна,  но…  Мы  подъехали.  Теперь   его  задние   дверцы   были   прямо   перед   нами. "Неужели Джонни перевозит своих медведей в этом фургоне. Нет",  я сразу же отбросил эту мысль.  "Любой Гризли развалит такую тюрьму в мгновение ока".    Выходя из машины,  я взглянул на клоунов.   "Очень весело",   мрачно  подумал я,  разглядывая разрисованный  грузовик.  По  всей  его  поверхности  были нарисованы клоуны,  вперемешку  с медведями.  Судя по их выражениям  лиц и морд, им было очень  весело.  
- Просто обхохочешься, - сказал я, обращаясь не известно к кому.   -   Скажи?    -   я  взял  кошку   на   руки,   и   мы направились   домой.  
  Когда я понял, что произошло,  было  уже поздно что-либо предпринимать.  Когда  живёшь  в  подъезде,   где  обитает чудовище, о нём надо помнить всегда.   А я забыл.  И когда  передо  мной  внезапно возник огромный, в половину моего роста,  грязный волкодав,  я поледенел.  Вся моя жизнь за-кружилась  над  головой и готова  была  вот-вот  отделится.   О том что бы справиться с таким монстром, не было и речи.  Я крепко прижал  к груди Кэтти,  думая о себе в последнюю  очередь.   Жить,  судя по всему,  оставалось не долго.  Ещё секунда и  Шер-Хан  готов  был  броситься на меня.  Но  тут между мной и псом возникла громадная,  волосатая фигура.   И схватив  монстра двумя руками,  с  лёгкостью  кинула  его  об  фургон  с  такой  силой,  что  казалось,  тот  сейчас  пе-ревернётся.    Опасность миновала и улыбающийся  Джонни  Харначек повернулся ко мне.
- Всё в порядке Ноэл?  Этот пёс иногда шалит.   А этот кот у  тебя  на  руках… ну…  ты  сам понимаешь.   Такова  их природа.  
  Я  начал  приходить в себя.  Кэтти вела себя так,   словно   ничего  не произошло.
- Так ты в норме?   -  снова спросил гладиатор,  участливо похлопывая меня по плечу.
- Да.  -  Я вяло улыбнулся.  -  Даже как-то лучше стало.
- А!  Шутишь!  Значит всё в порядке. - Он заржал.
  Я быстро взглянул на Шер-Хана. Тот стоял рядом с хозяи-ном и,  казалось, полностью раскаивался в том,  что только что натворил.  Опустив  голову,  он виновато смотрел то на меня, то на Джонни, то на Кэтти.    
- Что  стряслось Ноэл. Ты вылез из машины такой,  словно  тебя  обухом огрели. Редакция?  
- С ней покончено, -   начал я свой рассказ. И далее излил ему всё, что произошло со мной за последние полчаса.
- Отлично! Это надо отметить. -  Он заметил у меня пакет,  в  котором позвякивали бутылки.   -  Сын в школе. Можно и ко мне.
  Моё сердце застучало быстрее.  И там где-то опять что-то сжалось. Я взглянул на волкодава.  
- Лучше ко мне.  
- Да брось ты,   -   Харначек тоже посмотрел на Шер-Хана.   - Негодный пёс! Видишь, что ты натворил. Тебя боятся!
- Нет-нет. Не в собаке дело. Просто…
- Не  надо  оправдываться   Ноэл.    Сегодня,   а   может и завтра, он будет сидеть в фургоне.
  Я посмотрел  на волкодава.   Его глаза яростно сверкнули при этих словах.   Но  это длилось лишь секунду.   "Боже мой! Он понимал всё, о чём мы говорили".  
- Не стоит Джонни.     Эта строгость ни к чему.   Это не его вина.  Просто  кошка  была  у  меня  в  руках.  Ты же сам сказал - это природа.   А у меня дома будет лучше и…
- Всё.   Хватит.   У тебя дома - это у тебя.   А у меня  - это у меня.  Мне  надо  загладить  вину  перед тобой и твоей кошкой. Так что…  
- Хорошо, -   сдался я.   Но  мне  было  не  по  себе   из-за Шер-Хана.   И  я  сделал  невероятное   усилие,   что  бы  произнести   следующее.   -    Но  Шер-Хана  закрывать в фургон не обязательно, пусть останется.  
  От Харначека  не укрылось то,  с каким трудом мне далось сказанное.
- Нет, Ноэл.  Я хочу,  что бы ты чувствовал  себя спокойно в моём доме. А этот пёс просто ужас на тебя наводит. Но я с ним разберусь. Позже.  
  Он сурово  посмотрел  на  волкодава и тот настолько при-жался к земле, что казалось, просто исчез, растворился. На меня  он больше  не смотрел.
- Но…
- Никаких но.   Иди вперёд, я тебя догоню,  - оборвал меня Джонни, и взял пса за ошейник
  Подходя  к  двери  подъезда,  я  услышал  за  спиной,  как захлопнулись дверцы фургона.  Таким образом,  количество моих   врагов   увеличилось  на  одного.   День  был  просто выдающимся.   На  этой  мысли  меня  нагнал   Джонни.  На первом этаже нам встретилась Старая Белла.  Ни фамилии,  ни отчества.    Просто - Старая  Белла.   Мы  прошли  мимо   друг  друга  и  я  поздоровался.   Она  ничего  не  ответила.   Только  уже  поднявшись  к  себе на этаж,  я  расслышал её тихое:
- Изверг.    
  Слышал ли это Харначек?  Не знаю.  И кому предназнача-лось  это тихое  "приветствие"   тоже не понятно.   Но  одно я точно знаю - не мне.   Со Старой Беллой мы дружили.  
 

Вот прицепился!       gop-1.jpg
Зарегистрирован

Нет в мире силы, сильнее силы тока.
MAn
[Человечище!!!]







Пол:
Репутация: +403
Re: Рассказы друзей
« Ответ #30 от 16.08.2011 в 20:35:54 »

2Sir-Dorosh:  
Кстати, гризли не самый большой медведь.  
Даже среди бурых медведей.   А вообще-то самый большой из медведей - белый.
 
У Харначека должно стоять чучело белого медведя :)
« Изменён в : 16.08.2011 в 20:36:27 пользователем: MAn » Зарегистрирован

Sir-Dorosh
[Черный Археолог]
Прирожденный Джаец

Инженерные войска




Пол:
Репутация: +242
Re: Рассказы друзей
« Ответ #31 от 17.08.2011 в 00:22:56 »

2MAn: Да этож медведь мутант : radioactive : дитя монолита
Вот прицепился!       misha.jpg
Зарегистрирован

Нет в мире силы, сильнее силы тока.
Страниц: 1  Послать Тему Послать Тему Печатать Печатать

« Предыдущая Тема | Следующая Тема »

Статистика. Размер данных: 366333 GZip: off
A.I.M. » Powered by YaBB Modification 4 (v.4.0.0-pre)!
YaBB © 2000-2003. All Rights Reserved.